Обезьянки

Но никогда не упрощай свою работу исполнением их желаний! Детки любят запретное и не нужно им давать послабление ни в чем, что претит правилам! Так не станешь для них вожаком, так они быстро тебя съедят, и не будут уже ставить ни во что. Не веди себя с ними как равный – эта ошибка многих погубила – будь им как старший товарищ, но не ближе. И всегда помни – дети хитры и жестоки! Мало кто из них испытал боль и горе, поэтому, не зная, что это, они легко причинят их другому. Вот такой тебе мой краткий ликбез.

Вдруг в воздухе пролетел какой-то скрипучий и неприятный звук, будто граблями провели по жестяному листу. Глеб закрутил головой, не понимая, откуда он донесся, и Екатерина положила руку ему на плечо, привлекая внимание.

– Репродуктор, – тихо сказала она.

– Отряды приглашаются на линейку! – в тот же миг монотонно протарахтел электрический голос. – Сбор через десять минут!

На крыльцо высыпали девочки.

– На вопросы отвечать не захотела, зато прочитала целую лекцию, – заключил Глеб, и Екатерина с мастерством дирижера развела руками, нарисовав в воздухе волну.

 – Поднимусь за пацанами, гляну, как они расположились, и вещи у них оставлю заодно… – добавил напарник, покосившись на рюкзак.

Принудительно построив отряд мальчик-девочка, дабы уже на первом этапе показать всему лагерю, если не дружбу, то деловое межполовое примирение, переходящее в сотрудничество, вожатые скомандовали «вперед» и двинулись по знакомому маршруту бодрым шагом, буквально через несколько минут оказавшись на месте.

Первый отряд (чертовы педанты) уже стоял на плацу, третий выруливал одновременно со вторым, четвертый был на подходе, ну а пятый, по всем приметам, можно было и не ждать.

Почти сразу же, став в отдельный ряд, появился и обслуживающий персонал в составе: педагога-организатора, старшего вожатого, завхоза, фельдшера, физрука, слесаря, двух поваров, диджея и еще четверых специалистов сервисного предназначения.

А вот начальник смены показываться не спешил. И лишь тогда, когда младший отряд, наконец, соизволил посетить общественное мероприятие, на середину площади собственной персоной выскочил Светозар Алексеевич Кожеватов – маленький мужичонка лет пятидесяти, совершенно не соответствующий видом ни своему редкому имени, ни гордой фамилии, ни даже должности.