Обезьянки

Ему, как этому шестилетнему мальчику, вдруг тоже захотелось зарыдать и убежать домой. Но ответственность отрезвляла. Глеб встрепенулся, взял себя в руки и с деловитой миной смелее поглядел на детей.

– Что же за неравенство такое… пять парней и девять девушек? – посчитал он вслух.

– Потому что на десять девчо-о-онок… – пропела одна из девочек, – три ханыги и один подонок!– закончила она прозой, критично поправляя собственные слова: – Точнее на девять, потому что одна из десяти девочек закончит на панели.

Мальчишки захохотали.

– Тихо! – рявкнул Глеб. – Подобной философии чтобы я больше не слышал! Давайте все плохое оставим в этом сквере прямо здесь и сейчас, и в автобус сядем добрыми и радостными, отправившись в мир чудесных фантазий, где нет забот, печали, скуки и плохих мыслей. Давайте проживем эти три недели так, чтобы сделать их незабываемыми, и чтобы много-много лет спустя воспоминания о них согревали вам душу, наполняя силами, помогая успокоиться в критический момент и найти правильный выход из самых-самых сложных ситуаций, каких, о, поверьте мне, ребята, на вашем пути будет не одна и не две.

– Аминь! – оборвала все та же девочка, изобразив противную ухмылку, и если после срамных рассуждений Глеб не обратил на нее пристального внимания, то сейчас просто пробуравил взглядом насквозь.

Когда ее привела какая-то суровая, пожилая и помятая женщина, что-то буркнув и быстро ретировавшись, он почти этого не заметил, так как был занят с родителями близняшек, но сейчас эта девочка показалась ему очень странной, и пока он не мог сказать, чем именно.

В ее взгляде таилась угроза и дикая независимость. Так умеет смотреть лишь бродячая кошка, если вдруг вы протягиваете ей кусочек чего-то вкусного. Преисполненная недоверием, она осторожно подкрадывается за лакомством, но робости в ее тихой поступи совершенно не наблюдается. Она знает, что делать и готова к драке, если вдруг угощение окажется западней. Она не раз уже это испытала и западня не пугала ее.

Вот так смотрела эта девочка, и трижды уже за утро Глеб ощутил наползающий страх.

Кошка показалась ему тигрицей не только с полным набором клыков и когтей, но и с явным желанием напасть, дабы выпотрошить карманы на наличие дополнительных вкусностей, которые он решил от нее утаить, или, быть может, приберег для другой кошки – ее прямому конкуренту по двору, где она хочет править безраздельно.

– Напомни мне свое имя, шутница… – собравшись с духом, спросил молодой человек.