Обезьянки

– Подходить будем, если окликнут? – спросил Олег.

– А мы сейчас сделаем так, чтобы они нас не окликнули, а если и позовут, мы их тупо не услышим, – успокоил Андрей. – Серый, дай мяч! И все становитесь друг за другом! Я побегу чуть впереди, а вы за мной. Глядим только перед собой, в затылки друг другу! Васёк, напевай футбольный марш для такта, да погромче! Бежим прямо до коттеджа и не на что не обращаем внимания! С правой ноги, по команде, и…

– Та-та таратарата та-ра та…

Девочки вытянули шеи, когда мимо пробежавший отряд сымпровизировал свою нелепую пантомиму.

– Вот это да… – прокомментировала Милана, удивленно переглянувшись с подругами.

Мальчики не знали, что тремя минутами назад, устно озвучив свой бесшумный транспорт громкими звуками «др-р», мимо беседки пронесся Игнат.

Глава 7

Ребят постарались не беспокоить до самого ужина. Полдник сегодня почему-то отменили, и резвившиеся на воздухе дети успели проголодаться весьма, даже обрадовавшись, когда вместе с призывом репродуктора появились вожатые.

– Как строимся? – поинтересовался Глеб, окинув свою банду беглым взглядом. – Пригладь волосы! Заправь рубашку! Отряхни рукав! – лишь приказывал он, перемещая глаза на девочек, осматриваемых Екатериной. – Алло, гараж!?

Напарница пожала плечами.

– Мы пойдем одним строем, – заявил Андрей. – И пусть они будут впереди, если им так хочется.

– Дамы типа вперед, – вторил Игнат. – Мы не жадные.

Глеб повернул к ним лицо, искореженное удивлением.

– Вас понял, – процедил он, опустив брови, и весело подмигнул.

Девочки зашептались, принявшись строиться парами. Помня о болезненных попаданиях шишек, никто из них возражать не стал.

Ужин прошел в дружеской обстановке. Мальчики сидели смирно, триумвират Софьи тоже, ну а мирная миланская компания, казалось, здесь просто была для бесшумной массовки. Так что из всего второго отряда лишь Василий решился на что-то относительно смелое, спросив разрешения присоединиться к столу с близняшками, и сидел весь ужин вытянутым в струну, всем свои видом выражая напускное безразличие приглашенного к трапезе аскета.

Глаза его смотрели строго промеж сестер, ни разу не вильнув, ни вправо, ни влево. Ел он маленькими кусочками, цепляя пищу самым кончиком вилки, и тщательно пережевывал как суслик, в боязни чавкнуть или икнуть, заставляя Нину и Лину краснеть и похихикивать до конца ужина.

Постепенно ребята начали подниматься с мест, и Игната вдруг окликнула Наталья.