Смайлик на асфальте

Красавицей незнакомку, пожалуй, назвать было нельзя, но в ней чувствовались естественность и трогательное, ранимое очарование – большая редкость в эпоху пластики и силикона. Глядя на девушку, хотелось расправить плечи и загородить собой ото всех невзгод мира.

Он оказался прав – звонок в дверь не заставил себя ждать.

– Добрый день, – поздоровался Артем, пропуская клиентку. – Вы Ольга?

Та энергично кивнула, смело шагнув за порог. По всей видимости, она была из тех людей, что в любой обстановке чувствуют себя как дома: никакой неловкости.

Расположилась на бабушкином кожаном диване, забросила ногу на ногу и, окинув взглядом комнату, подвела итог:

– А неплохо!

Посетительница продолжала без стеснения разглядывать обстановку.

– Кто-то известный? – спросила она, остановив взгляд на картине.

Морской пейзаж достался Артему от деда – тот был дружен с художником.

– Не совсем, но имеет шансы таким стать лет эдак через пятьдесят, – буркнул он, усаживаясь в кресло. – Давайте все же ближе к делу.

Вы написали, что вас беспокоит конкретная проблема.

– Угу, – кивнула клиентка. – Мне кажется, меня собирались убить, столкнуть под поезд. Хотелось бы знать, сто?ит ли бояться за свою жизнь и кто на меня имеет зуб. И если сто?ит бояться, то как избежать проблем.

Она переменила ногу и уставилась на Артема. Густо подведенные черным глаза смотрели заинтересованно, оценивающе, на ярких губах играла слегка вызывающая улыбка. И ни капли испуга на лице.

Программа вывела на экран построенный гороскоп – дату и время рождения Ольга назвала вчера в письме.

Только еще вчера, изучая гороскоп, у Артема сложился совершенно другой образ, и девушка, которая сейчас сидела в кресле напротив, на него совершенно не походила. У сегодняшней «Ольги» в характере явно преобладала стихия воздуха, а в построенном гороскопе большинство планет были распределены между водой и огнем. И никакого воздуха.

Артем назвал дату.

– Что происходило в вашей жизни в этот период? – спросил он.

– М-м-м? – Клиентка вопросительно выгнула аккуратно прорисованную бровь.

Судя по всему, она подсчитывала, сколько ей тогда было лет. – Да вроде ничего особого не припоминаю…

Еще одна дата, тремя годами позже.

– А здесь?

– О, это просто! Переехала в Питер и поступила в институт. Хотя нет… Это было на год позже…

Артем поднялся и подошел к окну. Подруга лже-клиентки – он уже не сомневался, что у него в кресле сидит кто угодно, только не Ольга, – все еще была на набережной.