Сказ про то, как некромант и кот подвиги вершили

Правда, это возможно только при очень слабом освещении…

– Не путают… – Маркут начал запинаться, не находясь сразу с ответом, и от того злясь еще сильнее, – ты… ты… блоха мохнатая, я же тебя на костер отправлю, в порошок сотру, в сортире утоплю…

– Утопишь там, где сам не тонешь?

Все. Как бы это печально не было, но я сорвался. Многие годы я учился держать мину при плохой игре, контролировать свои чувства, скрывать свои эмоции…

Короче, я начал ржать. Да так, что с кресла упал.

Эти два дебила непонимающе уставились на меня.

Минут десять мою персону не могли успокоить. Меня и пинали (Маркут), и царапали (Эльра), и водой поливали (лакей коротышка, встречавший меня у покоев императора).

Взглянув на поливающего меня из кувшина коротышку, да еще взглянув снизу-вверх, – я вообще зашелся гомерическим хохотом.

В конце концов, кое-как оправившись от нежданного веселья, я поднялся с пола, утер слезы, сделал каменное лицо, которое все норовило расплыться в идиотской ухмылке, и выдал:

– Я разберусь с гоблинами, принца верну кентаврам.

А чтобы впредь таких проблем не возникало, пусть Ваше Императорское Величество сто раз подумает, прежде чем скрывать от меня информацию такого рода.

Кивнув на прощание притихшему Маркуту, я гордой походкой удалился из императорских покоев.

За мной, чуть ли не на цыпочках, просеменил озадаченный моим поведением кот.

На дворцовой площади нас поджидал Айлин, стоящий аккурат между Лепестком и Звездой.

Я только успел залезть на коня, как услышал обратившегося к эльфу кота:

– Можно я с тобой поеду? А то этот придурок припадочным оказался. Как давай при императоре ржать ни с того, ни с сего. Еле успокоили…

Я упал прямо под ноги своему коню, не в силах больше смеяться, лишь конвульсивно дергаясь.

Глава 4

Лепесток мчался во весь опор. Я подскакивал в седле, с неудовольствием предвкушая мозоли на заднице.

За последние двести лет, я провел в седле меньше времени, чем за последние дни. Заплечная сумка больно била по спине. Возможно, мне бы было не так больно, если бы в этом мешке не находился совсем одичавший от тряски кот.

Десяток гоблинов улепетывал впереди с такой скоростью, что Лепесток с большим трудом сокращал расстояние между нами. Причем, сокращал медленнее, чем хотелось. И оттого конь очень злился.