Сопроводитель

Ты вот человек жесткий, деловой, у тебя адвокатская контора и ты даже в туалет лишний раз стараешься не отлучаться – время экономишь. Со мной, с быдлом, иначе, как сквозь зубы не разговариваешь… Так можно мне задать тебе один вопрос, ты уж не обессудь и не бей меня сразу по темени: кто заказал Бебича? И каким боком этот Бебич вообще к Пипусу прислонен?

Взглянув в зеркало заднего вида, я увидел пару сверкающих глаз, с каким-то труднопередаваемым чувством уставившуюся мне в затылок. Так смотрит удав на ежика, гадая: сожрать? Не сожрать? Проглочу или он таки в горле застрянет?

Какие мыслительные процессы протекали в умной адвокатской голове – не знаю, а гадать не берусь.

Но, очевидно, решив для себя что-то, Леонид Сергеевич все-таки разлепил губы и сказал:

– Не скажу. По крайней мере, пока.

– Ну и глупо, – сказал я. – Мы теперь с тобой в одной лодке, и когда стреляют в тебя, будь уверен, в меня тоже могут попасть. Так что будет куда умнее, если скажешь. Это хоть что-то дало бы мне в плане информации.

А информация – ключ к победе. Кстати, не я придумал. Какой-то полководец. Умный мужик. Не чета некоторым. Так что советую к его мнению прислушаться.

– Какой смысл? – вздохнул адвокат. – Допустим, назову я тебе имя заказчика – что изменится? В этом деле замешаны такие авторитеты, что имена называть боязно. А я не уверен, что ты знаком хоть с одним из них, даже самым завалящим.

– На счет завалящих, – я кивнул, – спорить не стану. Наверное, не знаком. Я знаком с Пипусом.

В свое время имел ни с чем не сравнимое удовольствие общаться накоротке, если тебе это о чем-нибудь говорит, с Каром, еще – с Эфиопом, еще – с Циркулем, Пистоном, Каменой. В конце концов, я не такой домосед, как кажется. Правда, вышеперечисленные товарищи давно безвременно ушли от нас, скатертью им дорога, но это не значит, что мое с ними общение было лишено приятного. Можешь поверить на слово. Если хочешь.

– А откуда ты знаешь Пипуса? – догадался поинтересоваться пассажир.

– Да вот, – неопределенно протянул я.

 – Жизнь иногда такие коленца выкидывает, что и не знаешь, с кем завтра познакомишься.

– А поконкретнее можно? – отражение Леонида Сергеевича в зеркале заднего вида капризно надуло губы. У-тю-тю, противное.

– Оно, конечно, можно и поконкретнее, – согласился я. – Только это слегка нечестно получается, не находишь? От тебя конкретики – как от эскимоса шерсти, а я все выкладывать должен. Еще бы дашь на дашь, и чтобы да, так ведь нет.