Трое в преисподней, не считая мертвецов. Не спрашивай, по ком звонит колокол – он звонит по тебе

Двое наиболее хилых на вид молодых сотрудников отделились от компании и ушли дальше, к трупу. Один из оставшихся, тот самый блондин, обратился к Снегирёву.

– В участок посыпались звонки, в том числе от знакомых и родственников пострадавшей. Нам известны примерные координаты места, погибшая была родом из безымянной маленькой деревеньки, звонили ее пожилые родители.

– Представляю, какой это удар для них… – посочувствовала Светлана, но молодой парень лишь усмехнулся.

– Сомневаюсь, что вы в состоянии это почувствовать.

Лисичкина холодно промолчала и окинула его уничтожающим взглядом. Что этот самодовольный юнец может знать о жизни? И кто вообще берет таких на работу в полицию…

– Мы примерно знаем, как туда доехать, – продолжил полицейский, – но придется постараться, чтобы это сделать.

– Разберемся. Возьмите одну машину и отвезите нас, пожалуйста, к гостинице «Красноярск». Мы заберем свой автомобиль, и оттуда уже поедем все вместе.

Блондин кивнул и подтолкнул молодого кавказца, безмолвно стоявшего чуть позади, вытянувшись по струнке.

– Наша «Лада» где только не побывала, – сказал Уткин, неуклюже завалившись на заднее сиденье полицейской «девятки».

– И где только не предстоит ей еще побывать… – усаживаясь рядом, откликнулась Лисичкина.

ГЛАВА 5. «ЧЕМ БОГ ПОСЛАЛ»

Полицейская «девятка» и серебристая «Лада» ехали по извилистой тропе, сплошь и рядом усеянной кочками и ямами. Уткин, подпрыгивая в машине, бился головой о крышу.

– Я рад, что ее все-таки никто не купил, – сказал Виктор, поворачивая руль.

– Куда уж с твоими мышцами, – фыркнул Павел.

Безымянная деревня начиналась с маленького сарая, дверь которого была открыта настежь. За сараем, видимо, находился огород, засыпанный белым снегом. Дальше стояли несколько разрушенных домов и парочка хороших. Самое страшное, что люди жили и в тех, и в других.

Виктор проследил, куда поехали полицейские, и повернул следом. Они остановились около маленького дома с синей крышей.

Светлана, выходя из машины, смеяться совсем не хотела. В этом доме живет мать, которая будет хоронить свою дочь. Что может быть ужаснее? Лисичкина с комом в горле направилась за Виктором и Павлом к крыльцу по мокрой от снега земле.

– Как ваши имена? – спросил Снегирев у полицейских.