Кларитэ. Клининг для особых случаев

А где иначе, кроме как за чашкой исходящего паром кофе, вытянуть из утомленного суетой и вечным цейтнотом горожанина всякую дрянь, мешающую тому жить долго и счастливо?

– Обидела. – Брат укоризненно смотрит куда-то в район переносицы. Ощущение, будто взгляд прошивает насквозь. Излюбленный прием папаши, когда он читает нотации. У Сашки выходит не так внушительно, однако приятного тоже мало. – Ведь знаешь же, что…

– Не начинай. Марк – парень хороший. Не надо ему моих проблем. Поехали давай, нас клиент ждет.

В машине братец снова затеял разговор о моем зеленоглазом воздыхателе.

– И все-таки, чем тебе он не нравится? – напирает Сашка, облокотившись о спинку моего сиденья и закрывая половину обзора в зеркале заднего вида. – Парень в теме, врать и изворачиваться, как отцу перед Ирэной, не придется. Природа вроде ни умом, ни внешностью не обидела, твои причуды воспринимает спокойно. А смотритесь как вместе – картинка!

Ирэна – это моя мама. Звать ее мамой, равно как и мачехой, у брата язык не поворачивается.

По имени-отчеству она сама не разрешает – мол, семья все-таки. Потому прижилось обращение по имени.

– То есть ты считаешь, что отношения нужны ради картинки? – едко отзываюсь я и спихиваю его лапищу. – Саш, сядь нормально, мешаешь.

– Я задал вопрос. – Недовольно бурчит, но не возражает.

– Вот пристал! – От раздражения переключая передачу раньше времени, Гетц протестующе стучит. – Сашка, на кой ляд мне сейчас новые отношения, а? Дайте пожить спокойно! В конце концов, я только пару месяцев в разводе! Не лезь хотя бы ты!

– Извини, Гата, – пристыженно опускает глаза мой родственничек-богатырь.

После чего добавляет непреклонным тоном. – Один встреченный придурок – это не повод ставить на личной жизни крест.

– Хоссспади… – Закатываю глаза и еле успеваю притормозить – на перекрестке опять перенастроили светофоры. – Саша. Никто не ставит крест. Просто я НЕ ХОЧУ пока никаких отношений. Дайте пожить спокойно! Или я в качестве мести напомню матери о твоем обещании с невестой познакомить!

– Усёк, заткнулся, – сглотнув от мелькнувшей в голове картинки, брат обезоруживающе улыбается и поднимает руки вверх.

 – Ты пойми, я же о тебе беспокоюсь.

– Я так и поняла. Спасибо. Но это последний раз, когда ты так легко отделался. В следующий жди возмездия.

– Во имя Луны! – дурачась, Сашка изображает заковыристую комбинацию – нечто среднее между панковской «козой» и жестом «говорю по телефону».

Конец ознакомительного фрагмента.