Танкист

Башню покосило, а сквозь развороченный борт вырывались языки пламени.

– Командир, командир, – Семенов вздрогнул и, вынырнув из объятий сна, непонимающе посмотрел на трясущего его плечо Виктора.

– Что случилось и почему ты не на посту?

Евстафьев на мгновение смутился.

– Я того, там в лесу стреляли, я хотел доложить, но Андрей сказал, что сам посмотрит, и приказал не будить вас.

– Мать вашу за ногу! – лейтенант вскочил. – Стыцко, со мной, Евстафьев, остаешься здесь, вернусь, накажу по всей строгости.

– Товарищ лейтенант!

– А, – Сергей махнул рукой. – Где стреляли?

– Там, – механик махнул рукой в направлении леса.

– Ясно.

– Ну и где мы его найдем? – буркнул Стыцко, внимательно оглядывая заросли ближайшего кустарника.

– Тише ты, – махнул рукой лейтенант, прислушиваясь. В глубине леса снова хлопнуло. – Туда.

Они, с наводчиком пригибаясь, перебежками от дерева к дереву, кинулись в сторону прозвучавшего выстрела. Вскоре и так негустой лес стал редеть.

Лейтенант Семенов, от неожиданности рухнув на землю и быстро перекатившись, почти нос к носу столкнулся с лежащим в высокой траве Андреем.

Тот быстро приложил палец ко рту, прерывая готовое сорваться с губ ругательство.

– Что там? – прошептал Сергей, машинально ища глазами шедшего следом Федора и обнаружив того лежащим неподалеку, облегченно вздохнул.

– Немцы, – Андрей с ухмылкой посмотрел на наводчика, который уже установил «дегтярь» на сошки и приготовился к обороне. – Метрах в двухстах отседова.

– Стреляли они?

– Ага, пятеро, они там загнали какого-то беднягу, только понять не могу какого.

Впереди опять послышались одиночные выстрелы, затем смех и выкрики на немецком.

– Говорят что-то о глупом молодом русском Иване, – прокомментировал Андрей, прислушавшись.

– Об Иване, говоришь, – пробормотал лейтенант, поворачиваясь набок и вынимая из кобуры «ТТ». – Ладно, ползем, посмотрим.

Они осторожно двинулись вперед.

Деревья в этом месте практически отсутствовали, уступив место обширной поляне, поросшей редким кустарником.

Сергей с Андреем расположились за поваленным стволом березы и внимательно наблюдали за происходящим на поляне.

Убегающий стоял метрах в двадцати от них и зажимал левое плечо рукой. Немцы расположились полукругом и, не торопясь, приближались к тяжело дышащему раненому беглецу. Изредка один из них вскидывал автомат и делал несколько выстрелов в сторону беглеца, заставляя того пятиться.