Танкист

В окуляры было видно, как несколько снарядов легли между идущей тройкой немцев, и они, дружно сбавив ход, начали разворачиваться в их сторону, навстречу дерзкому танку.

Семенов прекрасно понимал, чем это грозит, один на один с тремя «тиграми» – самоубийство чистой воды. Оставалось надеяться лишь на себя да на лучшую маневренность и скорость «тридцатьчетверки», так как все остальные танки роты оказались связаны боем и не могли помочь. Танк снова вздрогнул от близкого взрыва.

– Командир, они нас с потрохами съедят, – раздался голос Виктора.

– Не съедят. Слушай сюда, Витя, делаем так.

Отто фон Майер с интересом наблюдал за русским самоубийцей, маневрирующим под их огнем.

– Смотри, Хайнс, опять увернулся.

– Ниче, Отто, сколько бы ни крутился, все равно наш будет.

Майер снова прильнул к окулярам. Один из кумулятивных снарядов разорвался прямо на ходу советского танка, заставив тот резко накрениться.

– Смотри-ка, Алекс молодец, хорошо положил, – прокомментировал происходящее наводчик.

– Давай, Хайнс, приложи-ка и ты его.

«Тигр» вздрогнул от выстрела.

– Мимо, черт побери, чего у этих танков не отнять, так это их маневренности.

Отто кивнул. Русский танк неожиданно перестал выписывать перед их носом петли, и, выкинув из-под гусениц комья земли, рванулся в лобовую.

– Хайнс, бронебойным. Выше пять, лево десять. Залп.

На броне русского танка он отчетливо увидел вспышку, но, как ни странно, тот лишь вильнул и продолжил свой бег.

– Касательным пошло, герр лейтенант.

– Вижу. Он что, заговоренный? Давай еще разок.

И точно, русский танк, точно заколдованный, раз за разом избегал попаданий орудий немецких танков, стремительно сближаясь. Снаряды ложились по бокам или позади него, а он, несмотря ни на что, двигался вперед, не останавливаясь, чтобы открыть огонь. Неожиданно башня русского танка, под изумленным взглядом немецкого командира, стала поворачиваться назад.

– Что он делает?

– Не знаю, Хайнс, – фон Майер фыркнул.

«Тридцатьчетверка» стремительно приближалась, и вдруг Майер понял.

– Вернер, резко вправо! – приказал механику. – Разворачивайся, черт тебя дери!

Русский танк проскочил между немецких, и, отъехав метров на двести, резко встал, его направленный назад ствол хищно шевельнулся, выискивая цель.

«Тигр», скребя гусеницами, пытался выполнить поворот, но многотонная машина была слишком медлительна.