Сердце Драконицы

Приоткрыв глаза, я увидел, как дракон рассматривает свое крыло, словно только сейчас вспомнив о том, что он ранен и, по сути, уже должен быть мертв от большой кровопотери.

Затем он снова перевел на меня свой уже полный непонимания и удивления взгляд. Этот ящер явно не понимал, почему я так поступил, почему спас ему жизнь, а главное – почему не убил, воспользовавшись моментом. Хотя я и сам продолжаю задаваться этим вопросом.

Дракон убрал от меня свою лапу и отошел на несколько метров, продолжая при это непонимающе меня рассматривать.

Я медленно поднялся на ноги, подняв руки в примирительном жесте и сказал:

– Не бойся, я тебя не обижу. – Старался говорить как можно спокойнее, чтобы, не дай бог, снова не взбесить эту грозную ящерицу. Хотя какой, наверное, я сейчас сказал бред… Да это крылатое чудище само кого хочешь напугает или обидит, а то и просто проглотит, не жуя. Но тем не менее, пытаясь взять эмоции под контроль, я продолжил:

– Я тебе не враг. Я не желаю тебе зла.

Ты был ранен, и я просто обработал твою рану. Если б я этого не сделал, то ты бы умер от потери крови, понимаешь?

Я сделал несколько неспешных шагов навстречу дракону. А он просто сидел, продолжая меня внимательно разглядывать, но взгляд, как мне кажется, стал более миролюбивым, хотя и по-прежнему был полон непонимания и сомнений. Складывалось ощущение, будто он что-то тщательно обдумывает и пытается для себя решить.

– Я не желаю тебе зла, – повторил я, чтобы хоть как-то убедить в своих мирных намерениях эту недоверчивую зверюгу.

Может, он просто не понимает наш язык?

Остановившись всего в паре метров от него, я продолжал внимательно смотреть на крылатого ящера, сидящего прямо предо мною, глядя ему прямо в глаза, стараясь при этом выглядеть как можно спокойнее и миролюбивее. Хотя я не был уверен, что смотреть в глаза хищнику – хорошая идея. Но тем самым я хотел показать искренность своих слов. Не даром же говорят, что глаза – «зеркало души».

Будем надеяться, что дракон правильно поймет, что показывает это «зеркало» …

Видимо, этот ящер что-то для себя все же решил. Он поднялся на лапы и отошел от меня на несколько шагов. Я было невольно вздрогнул, так как он сделал это неожиданно. Затем его чешуя стала светиться, да таким ярким, почти ослепляющим светом, что я с трудом мог что-либо различить. Черты его лица, как и всего его тела стали меняться… он словно резко начал уменьшаться в размерах.