Еще один некромант 1. Беглый смертник

Я прихватил с собой веревку, так что дальше просто спустился с гребня стены на наружную сторону, в кусты, растущие у ее подножия. Выбрался из зарослей и побрел к дороге, а потом – вдоль нее.

Выбрал место, которое не просматривалось от ворот академии, и засел в кустах – ждать Полю.

***

Ждать пришлось долго.

Я использовал свободное время для раздумий о себе и том, что со мной произошло. Больше всего меня волновало состояние моей головы. Когда твоя личность расколота на две половинки – кому это понравится? Правда, состояние явно улучшалось.

Вчера я осознавал себя земным, и местная память проскакивала, только когда цеплялась за какие-то внешние активаторы. Вот фразу на милосском услышал – и понял ее. А пока не услышал – и не знал о том, что есть такая Милоссия.

Сегодня с утра память меня-местного полностью подключилась, и эта личность почти подавила меня-земного.

А после того, как я поспал немного после секса с Полеттой, опять немного изменилось – теперь мои половинки нашли общий язык и не разделяются так бескомпромиссно.

Хотя и полное согласие между ними вряд ли возможно.

Вот, скажем, я-земной знает, что пытать людей – нехорошо. А в памяти меня-местного таких случаев полно. После каждого захвата города наемники вламывались в богатые дома и жгли хозяев каленым железом, чтобы убедиться, что они все деньги отдали. Я вспоминаю, как какого-то толстого купца раскаленным прутом прижигаю, тот орет от боли, и умом я сейчас понимаю – вот это вот негуманно и плохо.

Но чувств эта картина никаких не вызывает, потому что за чувства у меня я-местный отвечает. И так во всем.

Зато есть надежда, что я в очередной раз высплюсь, и память моя как-то объединится, и я перестану себя ощущать составленным из двух половин. И будет во мне одна цельная личность с двумя жизнями.

Мысли постепенно перескочили на жизнь меня-местного, и я стал перебирать воспоминания.

Война, вино, кровь. Убийства, грабеж, насилие.

Десятки или сотни женщин, взятых силой за семь кампаний. Десятки убитых крестьян и горожан. Пытки. Бои. Ранение стрелой в лицо. Все эти картины вызывают во мне животную страсть, ярость, азарт, сладость победы, но никак не раскаяние. Хотя некоторые картины оказались реально страшными.

Вот, скажем, был случай, когда «Пестрые собаки» отклонились с целью грабежа от пути основного войска и захватили богатую загородную виллу.