Возвращение

– Всё, давай, вставай, – протянул руку еще валявшемуся на полу и заливающемуся смехом Сергею Гарик

– Да, да все встаю, дырочка ты моя, вечно говорящая.

– Сам ты дырочка.

– Это ты придумал!

– Это все, конечно, весело, но вот что я тебе скажу. Вот смотрю на свою женщину сейчас: ведь она любит меня и вправду. Ведь я отношусь к категории мало зарабатывающих мужчин, а она со мной, старается, сама работает, за ребенком следит так, что не верится, а чистота какая, посмотри. Сама все, а ко мне как, всегда рядом, чувствует, когда мне хреново, обнимет, все расспросит, ни разу ничего не требовала, не просила, только так: «Ты сможешь, у тебя получится»…

– Вот, ты же встретил хорошую женщину, которая тебя поддерживает, а не как моя, только всю жизнь что-то требовала, того ей надо или этого…

– Так же и моя первая, я только сейчас понимаю, как она мною манипулировала, как с лохом последним…

– Это талант, дружище, но единственное мне непонятно – как можно жить, спать, рожать детей от того, кого ты просто используешь? Ты представляешь как это низко и мерзко? – возмущался Сергей.

 – Где же достоинство, честность, ну и любовь, наконец, неужели всю жизнь можно жить с человеком и играть, врать, унижать его, и при этом нагло смотреть, как он все делает для тебя. Что это, друг?

– Я не знаю, братан, честно, наверное, проблема в том, что они умнее нас, и поэтому так ведут себя с нами.

– Но ведь даже эта прожженная мразь, которая девять лет жила и прикидывалась прекрасной любящей женой, все-таки любила, значит, они способны на любовь, но зачем тогда это все, жди свою любовь, зачем тебе лох, для чего?

– Трудно сказать, друже, пора идти спать.

«Без лоха и жизнь плоха».

И после хозяин квартиры постелил на кухне на небольшом раскладном диване постель для гостя и, попрощавшись, удалился к себе. Квартира была однокомнатная, в которой Гарик жил с новой женой и трехлетним сыном.

Сергей пожелал спокойной ночи, и, конечно, в очередной раз поблагодарил друга за вечер, увалился на кровать и смотрел в потолок, думая о том, куда делся хмель, почему ни в одном глазу, или это чай все украл, или эти проклятые мысли пожирали не только мозг, силы, но и еще хмель, который так нужен, чтобы хоть на какое-то время избавиться от боли, но спустя несколько минут Сергей уже спал в объятиях все того же Морфея.

Проснувшись и посмотрев на часы на телефоне, удивился-11:24.

– Ого, я проспал, – вслух говорил сам с собой, уже по привычке.