Проект «Ковчег»

А капитан с майором все спорили, повышая голос, пока майор вдруг дико не заорал, почему-то голосом старшего лейтенанта Ларина:

– Горим, всем покинуть машину!

А в окно купе, стремительно увеличиваясь в размерах, несся Мессер, строча из пулемета. Пули, разбив, окно рвали тела майора и капитана, а Петр видел перед собой молодое, смеющееся лицо немецкого летчика. Петру хотелось закричать ему:

– Зачем, что ты делаешь, у нас же мир! – но голос не слушался, тогда он попытался схватить со столика стакан с чаем и бросить в ненавистное лицо немца, но руки тоже не слушались.

Петр в бессилии скрипел зубами и пытался сделать хоть что-нибудь, но у него ничего не получалось, все тело было, как ватное. А немец все стрелял и стрелял, а потом вдруг выпрыгнул из самолета и, навалившись на Петра, зашептал:

– Тихо, тихо, тихо! Ну, что ты разбушевался. Сейчас опять кровотечение откроется. Успокойся.

– Отпусти, гад! Отпусти! Убью! – бился под немцем Петр, слабея.

– Отпущу, отпущу. Ты только успокойся, нельзя тебе шевелиться.

А Петру уже казалось, что немца нет, а рядом с ним сидит мама и, поглаживая его по руке, приговаривает:

– Успокоился? Ну, вот и хорошо, вот и славно. Развоевался тут, воин. Навоюешься еще, успеешь. А пока лежи, нельзя тебе напрягаться.

Сквозь мутную пелену в глазах Петр пытался разглядеть такое родное мамино лицо. Муть потихоньку спадала, но вместо мамы он увидел совсем юного паренька в странной пятнистой одежде, склонившегося над ним.

Закончив с раненым, Сашка ликвидировал последствия аврального спасения летчика. Закинул в стиралку его грязный комбез и гимнастерку, предварительно отцепив с петлиц кубари. Убрал на склад Элерон. Вымыл и свернул носилки. Пока он занимался делами, капельница закончилась, Сашка вытащил иглу и отвязал руку раненого летчика. Когда порядок был наведен, пришла пора заняться воплощением в жизнь плана, который он до этого набросал для себя.

Сашка направился в кабинет Терещенко.

Надо было просмотреть документы, хранящиеся там, на предмет подсказок его дальнейших действий. Все пароли доступа базы капитан Анастасиади перед смертью Сашке передал, так что с входом в комп проблем не возникло. Упав в широкое удобное кресло начальника базы, Сашка включил компьютер и огляделся. Он даже близко не мог предположить, что когда-нибудь окажется на этом месте. Терещенко всегда казался ему непоколебимой глыбой, фундаментом их небольшого коллектива.