«Древоходец». Деревенский колдун.

Явно, что-то задумала.

Разгадка наступила скоро, когда подошли к столу дежурный сестры. Только было колдун собрался снять халат, и получить свои плащ и шляпу, как, из палаты, напротив сестринского поста, раздался оглушительный вопль, который Константин Сергеевич уже слышал, но тогда звук ещё был приглушён расстоянием и дверями, но вот сейчас вопль буквально ударил по ушам: «Душечка-а-а-а!».

Анечка, развернулась и стала смотреть в лицо Константина Сергеевича, ожидая вопроса, но тот упорно молчал, и только непроизвольно поморщился, когда прозвучало тут же повторно оглушительное: «Душечка-а-а-а!».

Поняв, что всё же придётся брать инициативу на себя, Анечка зачастила: – Константин Сергеевич, миленький – я понимаю, вы опаздываете, но, пожалуйста, пожалуйста – посмотрите!

– Хорошо, только Николая предупредить надо.

Сегодня, вместе с ним, на приёме должен был присутствовать ещё и Николай Петрович, врач – терапевт.

Колдун связался с ним по мобильному, извинился и предупредил, что задержится в неврологическом отделении.

Затем они, вместе с Анечкой, вошли в палату, из которой раздавались вопли.

В пятиместной палате были заняты только две койки. На одной сидел высокий парень в спортивном костюме, и что-то смотрел в планшетнике.

На койке напротив, поверх простыней, лежал абсолютно голый мужчина крепкого телосложения, лет сорока, с коротко стрижеными светлыми волосами и татуировкой кинжала на плече.

– Как у вас дела? – обратилась Анечка к пациенту с планшетником.

– У меня всё нормально, жду выписки. Ну а у этого, он кивнул на соседнюю койку, – без изменений, всё то же самое – без перерыва сам себя обслуживает и орёт.

– Как это себя обслуживает? – задал было вопрос Константин Сергеевич, но увидев, где находиться рука у голого пациента, издал только понятливое: – А-а.

Тот, услышав голоса, резко перевернулся, сначала на спину, а затем и сел на край кровати. Поднял голову, уставился на Константина Сергеевича круглыми, пронзительно синими и глазами.

Такой взгляд колдун именовал для себя – взглядом кошки. Кошка не очень умное животное. Даже во взгляде собаки есть следы каких-то чувств, каких-то мыслей, а вот во взгляде кошки их нет. Для Константина Сергеевича такой «кошкин» взгляд чётко говорил: мозг человека практически умер, и сейчас перед ним сидит существо близкое по разуму к «братьям нашим меньшим».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».