Менеджер континуума

Варька мирно, по-домашнему, мурлыкала за пазухой.

Сколько удалось поспать, я не знаю, но пробуждение было явно не из приятных. Снег, огромной шапкой собравшийся на зонтике, продавил-таки его и микро-лавиной хлынул вниз, погребая нас с кошкой в мягком и пушистом, но таком холодном и сыром сугробе. Варёк выцарапалась из куртки, и, высоко поднимая лапы, перебазировалась под бочок к Добрыне.

Снегопад всё не прекращался. Дракона не было. Добрыня тоже не высказывал желания немедленно продолжить путь. Я сотворил себе одежду, взамен промокшей, и, ёжась от неприятных пожаливаний белых мух, переоделся.

Вся сонливость пропала. Заняться было решительно нечем. Не знаю, зачем – в такую погоду и не видно-то ничего дальше собственного носа, я всё же решил побродить по окрестностям. Наугад выбрав направление, я побрел, следуя ему, с трудом пробираясь по колено в снегу.

Пройдя не более ста метров, я в недоумении остановился. Снега не было. Обернувшись назад, я обнаружил всё ту же зыбкую пелену, сотканную и непрерывно падающих снежинок.

А буквально через шаг, по-прежнему вовсю светило солнце, и температура была вполне приемлемой – градусов пятнадцать-семнадцать. Поудивлявшись такой аномалии, я отошёл подальше и обнаружил интересную особенность. На небе не было ни единого облачка. Снежный ливень рождался как будто из ниоткуда и просыпался на идеально круглый пятачок диаметром примерно в двести метров. Как раз, в центре которого и отдыхала наша команда.

Откуда-то сверху и сзади послышался мелодичный свист.

Повернув голову, я обнаружил заходящего на посадку Федю.

– Ты чего свистишь? – спросил я приземлившегося дракона.

– Тебя предупреждаю о посадке.

– А почему не рёвом?

– Спасибо, нарычался один раз.

– Ясно. Ну, как тебе такое явление? – кивнул я.

Тот озадачился.

– Не знаю. Это не настоящий снегопад. Магией пахнет.

– Кому тут понадобилось магичить-то? Ты сверху никого не заметил?

– Близко – нет. Хотя, там, – дракон указал лапой направление на постепенно склоняющееся к горизонту солнце, – пол часа лёту, примерно, какие-то развалины мелькали.

– Что-то мне это не внушает оптимизма. Давай-ка двигаться к нашим, и, если Добрыня уже готов, надо драпать отсюда.

Федя наклонил голову и тараном вломился в снежный завал. Я отправился следом.

На привале ничего не изменилось. Кроме того, что пёс с кошкой, окончательно засыпанные снегом, превратились в небольшой сугроб.

– Добрыня, – позвал я. – Не спи – замёрзнешь.