Спасти род Романовых. Книга I. Первокурсник

Спереди, покачивая бедрами, гордо задрав носик, шла Елизавета, справа от меня – та самая обладательница хорошей фигуры и «орк», как я его сам про себя прозвал, слева – личности, которые никак не участвовали в разговоре под окнами «общежития» и два молодца, одинаковы с лица. Ну а за спину себе я не смотрел. Незачем.

Помню, что там тоже двое парней не самой серьезной внешности, которые весьма «лестно» высказывались о моем родстве с какой-то там собакой.

Вряд ли они представляют собой какую-либо опасность для меня.

Шейки тонкие. Быстро хрустнут. Это я смогу сделать и с такими «показателями» тела. И сделаю.

Я не задавал никому никаких вопросов, внимательно разглядывая внешний вид.

Не было никакого намека на бронированные пластины, на какое-либо оружие, агрессивное отношение ко мне. Лишь интерес к моей личности.

Не покидало чувство, что меня разглядывают, и я искоса смотрел на сопровождающих. Только они, как и подобает детям, сразу уводили взгляд, почему-то боясь смотреть мне в глаза.

Детки… Самые настоящие детки.

На них всех была абсолютно одинаковая униформа. Различие только в том, что на парнях приталенные брюки, под пиджаком – жилетки, если их так можно было назвать, а на девушках свободные юбочки до колен.

Форма имела один цвет – черный. Я бы не назвал ее какой-то особенной, что ли… Ткань тканью. Бесполезно же…

Она не способна защитить от огня, энергетического снаряда, не поглотит кинетический удар… Да я, если захочу, все кости им переломаю.

А еще на груди у всех была эмблема.

Что-то мне подсказывало, что в таком наряде на ее месте должен быть какой-то карман. Сам не знаю, почему мне так казалось?!

Эмблема была «пустой». Она явно для чего-то предназначалась, но либо они чего-то еще не достигли, либо…

Не, не могут они быть учениками Сестер. Явно не могут. Не та форма.

При воспоминании о воинствующих бестиях меня слегка передернуло.

Неприятные противники, а главное – женщины. С такими на арене всегда сложно. В голове очень часто первоначально срабатывает инстинкт, мол, женщин не бьем.

А вот когда жопу уже «припекает» пуля, эта идеология слегка меняется.

Размышляя насчет формы подростков, я не сразу заметил, что обстановка вокруг слегка изменилась.

Кирпичная дорожка, усыпанная с обеих сторон различными кустами, неожиданно закончилась, пропал звук пения птиц, и моя босая нога окунулась в теплый белый песок, который согревало палящее солнце.

Чувство «перехода» тоже не прошло бесследно.