Спасти род Романовых. Книга I. Первокурсник

Я зарыл глаза и полной грудью вдохнул воздух, такой сладостный и чистый. Воздух, которого так не хватало нам всем дома.

Это не арена… Я не на корабле… Не в мертвой солнечной системе… Такого чистого воздуха нет ни на одной планете. Ни на одном симуляторе жизни… Я знаю. Я был везде.

Здесь чисто, тепло, солнечно… Нет запаха гари, нет меха-мобов, войны?! Живой мир?

Твою мать… Что здесь, происходит? Где я?

– Я сказала, прикрой свой срам! – Злобный голосок девушки отвлек меня от «трепыхания», а легкое касание ткани по заднице заставило меня развернуться.

Растрепанная челка не смогла прикрыть разгневанное лицо красавицы, который на вид было лет шестнадцать-семнадцать. Голубые глаза, которые сочетались с миловидным личиком, придавали ей вид беззаботной девицы, какой-то живой…

Давно я не видел «таких» людей…

Ее фигуру и формы подчеркивал белоснежный корсет, но вот панталоны…

Это было странно, не совсем уж и ужасно, но определенно – странно.

– Ты… Ты… – Маска возмущения сменилась на растерянность, а руки закрыли глаза.

Я вновь оторопел, а потом вдруг понял, куда это она уставилась. Ага.

Первый раз видит голого мужика?!

Тряпка, которую она швырнула в меня, оказалась обычными штанами, которые пришлись мне как нельзя кстати. Быстро натянув на себя предмет одежды, привлек ее внимание к себе:

– Привет. Это… – запнулся, подбирая правильные слова. – Где я? Ты кто такая? Это что за система? Что за татушка у тебя на бедре? Ты в курсах, что подобные рисунки запрещены в системах? Что тебя за причастность к торгашам диковинных существ вздернут на любой системной базе?

Она сначала раздвинула два пальчика на лице, чтобы убедиться, что я действительно одет, а затем и вовсе убрала руки с лица.

– Эй?!

– Покажи метку, – приказным тоном сказала она. – Я хочу вызвать тебя на дуэль!

– С бабами не дерусь, – автоматически ответил.

– Баба?! – встрепенулась она, вертя башкой в поисках чего-то неизвестного мне. – Баба, значит?

Я удивленно прищурил правый глаз, выгнул брови и на всякий случай спросил:

– Ну да, баба, – почесал подбородок. – Это нынче оскорбление какое-то?

– Ты смеешься надо мной? – Ее голос вновь перешел на повышенный тон.