Спасти род Романовых. Книга I. Первокурсник

 – Проси о пощаде! Моли меня остановиться, как молила моя команда!»

«Мое тело будет принадлежать орде», – сказал мне орк, в глазах которого был полный ужас от приближения пятидесятикилограммового энергетического клинка к его башке, но он не просил пощады. Это было мое первое убийство. Первый раз, когда я «подарил» живому существу чувство страха. Первый раз, когда оборвал чью-то жалкую жизнь.

– Ты смог увидеть запрещенную метку… Ты мертв… м-м-м-мертвый, – заикалась она. – Как ты прошел магический барьер? Как попал в женский корпус? Мертвецам вход на территорию академии заказан… Как ты вообще ходишь…

– Академии? – Я удивленно почесал затылок.

– Петербургская магическая академия наук, какая еще… – пробормотала она, изучая меня. – Нет. На мертвеца ты не похож. – Она сменила растерянность на озлобленность и потребовала: – Назовись!

– Алексей Воробьев, старший лейтенант корабля «Арчи» Космического Флота Конфедерации, – отчеканил я.

– Не знаю, о каком таком ты флоте говоришь, но я… – Она набрала в грудь побольше воздуха. – Я вызываю тебя на дуэль!

Скрестив руки на груди, издевательски улыбнувшись, я парировал:

– Лизка, а драться ты будешь в трусиках? Или накинешь что?

Быстрый взгляд на собственные ноги, румянец на щеках пропал, наступила очередь бледности, и я вновь стал «счастливым» слушателем истошного крика.

Но звонкая пощечина, которую она отвесила, метнувшись ко мне с нереальной скоростью, убрало издевательскую ухмылку с лица, а затем…

Меня вновь «одарило чудесной силой» Лизы, и теплый воздушный поток, который появился из ниоткуда, как будто подхватил меня за грудки и потянул, очень навязчиво, в сторону окна.

Как бы я ни пытался отпираться, но под злобным взглядом красавицы меня потянуло вниз.

Чувство, что тебя как будто всасывает в неизвестность, была мне знаком но чтобы так… Не в трубе…

Благо этаж был лишь второй, и, отбив себе пятую точку, я оказался на земле.

«Офигеть», – коротко и ясно промелькнула мысль в полу пустой голове.

Я сидел на теплой земле, в кустах неизвестного мне растения, тер поясницу и крутил головой в разные стороны, раздувая ноздри, пытаясь запомнить такие вкусные запахи.

Все же жизнь на корабле дает о себе знать. Природы я с детства не видел и не «слышал», а здесь все такое живое…

Куст, в котором я сидел, был слишком уж сказочным для меня. И для моей задницы тоже.