Образ зверя

Бармен, мужчина средних лет с элегантными усиками, которого все из-за них называли Мушкетером, не испугался – привык к близнецам. Только улыбнулся устало, протирая стакан.

– Привет, мои половиночки. Что-то вы сегодня рано. Все в порядке? Вам как обычно?

Таши, погруженные в свои мысли, одновременно кивнули.

Алкоголь – дикая мешанина из рома, водки и джина для брата и двойная текила для сестры – оживил беседу.

– Таш, я знаю, причина не в Сопротивлении. Тобой просто овладела тяга к перемене мест.

– Может, и так.

– Таш, я сделаю, как ты хочешь. Ты все, что у меня есть. Ты же знаешь?

– Знаю.

– Ведь это может быть ловушка.

– Все может быть.

– На главном экране Сердца… Цифры, координаты… Неизвестное место за Полосой…

– Да-да. Кто не рискует, тот не пьет шампанское.

– Но ты-то пьешь коктейль.

– А я и не рискую. У нас есть все, что нужно. Деньги…

– Деньги, деньги, деньги… Мы только о них и говорим.

– К черту деньги! Кругом одни деньги. Ты права, я просто хочу уйти из Сердца.

Мне здесь все надоело.

– И мне.

– Выпьем за освобождение!

– Выпьем!

Осушили стаканы, ударили стеклом по стойке.

– Эй, Мушкетер!

– Повторить?

– Повтори.

Пока бармен возился с бутылками, брат вперился в него взглядом.

– Скоро мы с сестрой, – язык Таша чуть заметно заплетался от выпитого, – отправляемся в опасный поход. Как Улисс.

– Как вещий Олег, – поддакнула Таша, икнув.

– Нам нужен сопровождающий.

– Телохранитель.

– Гора мышц.

– Чтоб страшно было даже смотреть в его сторону.

– Тогда вместе с ним мы будем просто невидимки!

– Ага.

– Короче, мы хотим самого лучшего.

Бармен прищурился:

– Кажется, я знаю, кто вам нужен.

II

Урс вышел в коридор и направился к раздевалке. Горячка боя спала, оставив за собой опустошение. Он привычно считал шаги, чтобы отвлечься от навязчивых мыслей, но они настырными осами кружили и кружили вокруг головы. Разговор с богом задел чувствительные струны в душе Урса. В последнее время он стал сам не свой – сколько лет он прожил вот так, бой за боем, победа за победой? Что с ним произошло? Откуда это навязчивое желание что-то поменять? Он сказал богу, что боится проиграть.

Ха! Он не знает, что такое поражение. Нет человека, который справился бы с ним в честном бою. Он мог умереть от естественных причин, от старости, от удара ножом в спину; на ринге – никогда. Если, конечно, в один прекрасный день его сердце не остановится во время боя.