Ангелы. Фантастика

– Это она для тебя реальная, – заметила Маша. – А следствие может расценить ее как уловку, призванную смягчить наказание.

– Которого и вовсе могло и не быть, не явись ты с повинной, – шепотом продолжила фразу Катя. – Не очень-то логично выходит, если амнезия ложная. Зачем признаваться в преступлении, если потом разыгрываешь потерю памяти? К тому же, – добавила она, – еще не факт, что ты причастна к убийству. А если и причастна, то, возможно, не как убийца, а как свидетель.

– Может, все-таки не стоит идти к твоей тетке? – внезапно произнесла Маша.

– Ты уже передумала сознаваться? – внимательно посмотрела на нее Катя.

– Нет, наверное, нет, – ответила Маша. – Но мне страшно!

– Еще бы не страшно! – хмыкнула ее подруга. – Фактически саму себя отправлять в СИЗО – это, знаешь ли, не в магазин за продуктами сходить! Не каждый человек на такое готов!

Они замолчали и больше не обменялись ни словом.

Через пятнадцать минут Катя толкнула Машу в бок и кивком головы указала, что на следующей остановке им выходить.

Вскоре поезд затормозил, и девушки в потоке людей выбрались на станцию.

Затем они поднялись по эскалатору и вышли на улицу. Катя взяла Машу за руку и повела по тротуару. Идти пришлось около пятисот метров и несколько раз при этом свернуть, но вскоре девушки оказались перед трехэтажным, выкрашенным белой краской, зданием.

– Ну что, идем? – оглянулась на подругу Катя.

Маша опустила глаза вниз и заметила, что у нее дрожат коленки.

Подняв голову и осмотревшись, девушка заметила на другой стороне улицы скамейку, ровно напротив дверей следственного комитета.

– Давай, посидим на ней пять минуточек, – попросила Маша. – Мне нужно собраться с силами.

– Конечно, – кивнула Катя.

Они пересекли дорогу, подошли к скамейке и, убедившись, что она чистая, опустились на сиденье.

Мимо проходили немногочисленные прохожие, а Маша, упершись взглядом в асфальт, размышляла о том, какой крутой разворот совершила ее судьба всего за несколько дней.

Еще недавно она была прилежной ученицей, можно даже сказать гордостью, одной из престижнейших школ страны, и по ее окончании перед девушкой открывались огромные перспективы.

Теперь же она была несовершеннолетней преступницей, убийцей, и ближайшие несколько лет ей предстоит провести на зоне.

Катя сидела рядом с подругой и молчала. Впрочем, ее молчаливая поддержка значила для Маши гораздо больше, чем любые ее слова.