Все и против всех

Будешь работать вместе с Кларком. У этих двух случаев есть что-то общее. Попытайтесь понять почему! Обо всех результатах немедленно докладывать мне!

Высказавшись, Корнер развернулся, миновал оцепление, сел в свою машину и уехал.

– Как там с убийством Клариссы? – глядя вслед удаляющемуся автомобилю, спросила Анджелина.

– Глухо, – мрачно ответил Кларк. – Убийца или убийцы не оставили никаких следов. И через Конноли тоже не удалось ничего узнать. Он действительно был болен, – повернулся к напарнице Симэн.

 – Рак горла в последней стадии. Лечение не помогало, и врачи от него отказались. Конноли было предложено остаться в клинике, но он отказался и проживал последние два месяца один в собственном доме. Никто из соседей с ним не общался, и, соответственно, ничего полезного мы не узнали.

– Тогда надо попробовать раскрутить эту ниточку, – сжав одну руку в кулак, произнесла Анджелина.

– Что ж, действуй, – хлопнул ее по плечу Симэн. – Вот адрес ее родителей и номера их сотовых, – он протянул ей блокнотный листок.

 – Поговори с ними. Возможно, они что-то знают.

– Я обязательно это выясню, – кивнула девушка и направилась к своему автомобилю.

***

Еще из машины Анджелина позвонила домой к родителям Пенелопы и договорилась о встрече, не сообщая подробностей. Когда она подъезжала к их дому, расположенному в уютном пригороде, уже практически стемнело, и на улицах зажигались фонари.

Агент посмотрела на часы и с небольшим удивлением обнаружила, что оказывается уже восемь вечера.

Она и не заметила, как быстро пролетело время из-за ее поездки по городу, последовавшей стрельбы и осмотра места происшествия.

Анджелина припарковала автомобиль и прошла по мощенной белым камнем дорожке к крыльцу дома. Остановившись у двери, девушка несколько раз постучала.

Спустя какое-то время ей открыли, и агент увидела латиноамериканскую супружескую пару. И мужу, и жене было чуть за сорок, но, в отличие от супруга, женщина была еще привлекательна, хотя фигура уже начала немного расплываться.

У господина же Тавареса уже имелось солидное брюшко и огромная лысина, обрамленная венчиком волос, так что он выглядел лет на пятьдесят.

– Эскобар и Моника Таварес? – спросила Анджелина, доставая свое удостоверение. – Я – агент Патиссон. Я вам звонила!

– Да-да! – закивали оба супруга, впуская девушку в дом.

– Что-то случилось с Пенелопой? – спросила мать школьницы. – Она ушла на прогулку и до сих пор не вернулась.