Дорога стали и надежды

У его же кобылки на голове пялились на мир, прячась под жесткой щеткой гривы, по два дополнительных глазка с каждой стороны, недоразвитых и слепых. Жеребчик порой не просто екал изнутри, нет – буланый явно родился с дополнительным комплектом каких-то там органов, недаром такой живчик, да и выносливости не занимать. Ну а то, что зубы у коняшек, как у собак стали, так жизнь такая: не ты кого-то сожрешь, так тебя съедят.

Кожанка старая и потертая, но очень хорошо пошитая. Вместо обычных, хрен пойми из каких загашников камуфлированных штанов, на дядьке красовались настоящие брюки для езды, сшитые прямо по фигуре и все такое.

Азамат, много времени проводивший в седле, даже издалека оценил и кожаные шлеи, и добротное сукно оливкового оттенка. Ремни портупеи оттягивались с обеих сторон, и если кобура с чем-то заводским сразу бросалась в глаза, то вот с левой стороны вполне могло болтаться что-то из серьезного холодного оружия.

Голову первый ничем не прикрывал, лишь подтвердив и показания дозиметра, и слухи: в Чишмах оказалось по-настоящему чисто.

То-то дядька так вольно подставлял сильное, чеканной рубки лицо свежему ветру, трепавшему заодно и черные, с еле заметной проседью, густые непокорные кудри. И к этому времени Азамату стало ясно – кто так уверенно скачет в его сторону.

Стальной Ильяс, один из лидеров южных сепаратистов республики, бывший лидер и бывший комендант Мелеуза и Кумертау, разом решивший исход войны пятилетней давности, ударив по совершенно озверевшему основному крылу врагов Новоуфимки.

Азамат слышал о нем, сейчас обретавшимся именно здесь, но не думал увидеть легенду так запросто, особенно в складывающейся прямо на глазах ситуации, не особо положительной. Хотя переживать пока еще не стоило.

– Салам. – Ильяс остановился, прыжком оказавшись на земле и придерживая самую настоящую шашку, висевшую слева. Тем временем оба его бойца проехались чуть дальше, взяв под присмотр открытый участок. На валяющихся односельчан и Саблезуба, немедленно вздыбившего шерсть, ни один не обратил внимания.

 – Я Ильяс.

– Салам. – Азамат дождался протянутой руки от старшего, пожал. Силы в ладони у немолодого человека, стоявшего напротив, хватало. – Я Азамат. К другу приехал.

– К другу, говоришь? – Ильяс кивнул на жертв драки. – С этими-то ухарями что не поделил?

– Ну… вещи.

– Свои, да? – хозяин села неодобрительно поцокал. – И ведь просил тебя Степа, так?

Говорил он, кроме приветствия, полностью на русском.