Бессмертный

Вертолеты взрывались один за другим, не успевая отлетать, пули оставляли большие царапины на капоте – защитное поле с каждой секундой сжималось – и огромные пробоины на бетоне. Мимо пролетали бесчисленные осколки и обломки.

Выстрел, и киборга вышибло вместе с содержимым кабины. Кащей юркнул в салон.

– Держись! – прокричал Ториан. Машина долетела до края здания и взмыла в свободном полете, пролетая прямо через вертолет. Секундой позже вертолет разрезала взметнувшаяся вверх шпагоплеть. Машина вылетела с противоположной стороны, вертолет взорвался.

– Так вас! – воскликнул Кащей. Справа от внедорожника, медленно поворачиваясь вокруг своей оси, летело пустое, горящее кресло второго пилота. Машина опустилась на крышу соседнего здания и подпрыгнула от столкновения с бетоном. Пассажиров основательно тряхнуло. Кресло упало на крышу и покатилось, ломаясь и сминаясь в бесформенный горящий комок.

– Ух! – выдохнул директор. Киборги не отставали. Кащей расширил дыру в потолке, встал в полный рост и повернулся к врагам лицом.

Шпагоплеть творила черное дело, и вертолеты разлетались в клочья один за другим. Внедорожник дергало из стороны в сторону. Защитное поле сжалось до опасно крохотных размеров.

Второй прыжок, второе приземление. Защитное поле потускнело и погасло. От столкновения с бетоном выбило стекла. Последний вертолет преследователей перешел в крутое пике, оставшись без винтов: Кащею особенно полюбилось сбивать лопасти.

Снизу донесся грохот от столкновения с землей и последующего взрыва.

Кащей устало плюхнулся в кресло.

Третий прыжок. Перед самым приземлением загорелась красная лампочка разрядки аккумулятора. Машина некрасиво грохнулась о крышу и покатилась на брюхе, перестав реагировать на повороты руля. Кирпичные будочки разваливались от ударов, оставляя на корпусе (а заодно и в душе директора) большие царапины и вмятины, водоотталкивающее покрытие на крыше разрывалось и сворачивалось в трубочку.

Машина замедлила ход и остановилась.

– Гав! – первое, что услышал директор в наступившей тишине. Он приоткрыл правый глаз. Трезор. Не пристегнутый, но живой и здоровый, словно всю жизнь только и делал, что летал через крыши на заглохших автомобилях. И Кащей, как будто летавший на пару с Трезором, уже выскакивал из машины и всматривался в небо.

– Поторопись! – воскликнул он, заметив черные точки приближавшихся вертолетов.