В конце времен

– Ты чего такой хмурый? – спросил Кащей, нарушая своим голосом всеобщее и, не смотря ни на что, жизнерадостное и культурное чавканье. – Ужин отличный, я бы давно вторую добавку заказал за твой счет, а ты сидишь и голову вешаешь.

– Неуютно стало, – царевич почему-то сначала набил полный рот, и уже потом пробубукал пессимистичный ответ. Наверное, для того, что бы сидевшие за другими столами и тайком прислушивавшиеся к их беседе, долго пытались понять, что за звуки он там издал, и есть ли в них какая-нибудь логика? – А вдруг здесь нет царевны, вдруг она слишком старая, или маленькая?

– Разве ты не в курсе, в каком царстве кто живет? – удивился Кащей.

 – Советник был здесь несколько раз по обмену остроумными фразами, спроси у него!

Советник отрицательно помахал указательным пальцем:

– Я не здесь был, это воевода выезжал на соревнования в качестве главного судьи в другое царство.

А что здесь творится, я и сам не знаю.

– Народ, вы меня удивляете! – Кащей задумчиво потер лоб. – Никто не догадался спросить перед поездкой, как в мире с проблемой незамужних царевен и принцесс?

– Времени не было. И потом, у нас нет хорошо организованной связи между царствами, кроме голубиной почты. Войны то и дело вспыхивают, ноты протеста вручаются, кое-где вяло протекают междоусобицы, да и прочие неприятности, вроде смены правителей, нередко случаются.

Здесь не до налаживания длительных контактов.

– Но, хотя бы могли знать, кто есть кто?

– Пробовали, но пока собранные сведения доедут до места назначения, их успеют переврать так изощренно, что страшно становится даже тем, кто читал окончательный вариант о себе самом из книг чужих государств. Так что, мы не особо верим в то, что говорят.

Интриги, понятное дело, жизнь не украшают, но по-другому не получается, к сожалению. А напрямую спросить – могут и шпионами объявить. Раз плюнуть!

Охранники молча поглощали еду, изредка кивая и соглашаясь с высказанными советником речами. Кащей призадумался: если дело обстоит настолько сложно, поиски сундука могут затянуться на несколько сотен лет.