Притяни себе удачу

Что и выявлял царь Джанака Видеха тестируя йогические способности сына мудреца Вьясы. Делегировал ли отец сыну йогические силы или этот мальчик Шука обладает ими в силу своего развития? Вот что узнавал царь Джанака Видеха тестируя йогические способности мальчик Шука.

А зачем это узнавать? Настоящую мудрость дают только личные способности в йоге, а не делегированные. Делегированные способности дают внешнее управление личностью, что не позволяет личности развиваться и становиться мудрой.

Глава 9. Чем отличаются люди настоящей элиты от случайных людей в управлении?

Ещё яснее открывается смысл ключевого знания йоги после ознакомления с продолжением истории о мяснике-вьядхе и монахе-брамине-санньясе. Итак, вскоре после сжигания птиц этот брахман-санньясе захотел кушать и пошёл к людям просить еды. Он заходит в дом, однако домохозяйка просит его подождать. Санньясе думает: «Несчастная женщина, как ты смеешь заставлять меня ждать! Ты ещё не знаешь моей силы».

Итак, этот санньясе снова гневается из-за пустяка, потому что он должен подождать. И у него появляется мысль сжечь эту женщину, как он сжёг в лесу птиц.

А хозяйка просто занята, она кормит своего больного мужа. Итак, Вьядха Гита показывает, что обладание паранормальными способностями, полученными от учителя, не даёт даже элементарного соображения, что, например, можно прийти в дом просить еды не вовремя и придётся некоторое время подождать…

И здесь могут иметь место хорошие вопросы, что, может быть, нет такого скрытого смысла в этом священном писании индуизма? Может быть этот брахман-санньясе один урод, а все остальные отшельники, практикующие в лесах программы от своих учителей, нормальные и уравновешеннее?

Зачем писать священное писание, если в нем не излагать широкие обобщения и описания обычных типичных явления в жизни? Итак, если бы эта история была бы из рассказа какого-нибудь путешественника по Индии, то, да, эта история была бы о конкретном нравственном уроде.

А священные писания для того и пишутся, что они показывают примеры правильной жизни, а если содержат описания неправильной жизни, то это не из ряда вон выходящее, а типичное явление, на которое читателю выгодно обратить внимание для избегания попадания в подобные ситуации. Поэтому-то священные писания и становятся таковыми, что в них нет словесной воды и мусора.