Выход 493

Выход 493

Дмитрий Матяш

Долгие годы они считали, что после ядерной войны уцелели, не утратив человеческий облик, только они – те, кто оказался в Укрытии. Но вдруг странный… очень странный гонец доставляет послание из другого города. Отправившие послание люди утверждают, что знают, как оживить мир. Но им самим не хватит на это сил – их осталось слишком мало.

Что делать? Покидать Укрытие или нет? Поверить в призрачный шанс на спасение верхнего мира? Неужели и в самом деле еще есть выжившие?

Или к ним попало послание мертвых? Или это чья-то хитрость и их пытаются заманить в ловушку?

Узнать правду можно лишь одним способом – преодолеть 493 километра, разделяющие города.

493 километра по аду. По зараженным землям, через разрушенные населенные пункты, по территориям, заселенным неизвестно кем. И поисковая группа, в которую вошли лучшие из лучших, отправляется в путь.

Однако знай они, что ждет их на этом пути, еще сто тысяч раз подумали бы, стоило ли покидать убежище…

Дмитрий Матяш

Выход 493

Мы здесь одни, среди тысяч заплаканных глаз.

Это они смотрят в прицел на нас.

Слышишь, все ближе мертвых собак лай.

Целься чуть ниже… Стреляй!

    Дельфин. Нечестно

Глава 1

Стахов как раз подкладывал в костер сухие поленья в надежде отогреть захолодевшие руки, когда привычную тишину заставы нарушил сначала едва различимый на фоне душевного потрескивания костерка, но постепенно нарастающий шум. Это возвращался с ночного рейда вояжерский грузовик, один из немногих, оставшихся в Укрытии на ходу.

Узнать по звуку, чей именно экипаж возвращается, для Стахова не составляло никакого труда. Даже сквозь два металлических заслона, ограничивающих тридцатиметровый промежуточный шлюз, он определил, что это возвращался с рейда «Монстр» – когда вояжеры выжимают из двигателя все силы, спутать этот рев с каким-то другим мог либо новичок, либо совсем уж невнимательный вояка.

Поэтому, еще до того как «Монстр» успел подкатить свои шесть колес к наружному заслону шлюза и подать сигнал о прибытии, комбат нехотя поднялся от костра, похрустел шеей и, подойдя к откинувшемуся на мешки новичку, опустил свою тяжелую руку ему на плечо.

– Просыпайся, боец, – сказал Илья Никитич, с трудом подавив в себе желание схватить его за шиворот и как следует встряхнуть.

Парень, имени которого Стахов так и не запомнил, встрепенулся, будто получил пощечину, и вскочил на ноги, по привычке вцепившись обеими руками в автомат.