Командировка в этот мир

Такое бывало, и были сбитые. «Дружественный огонь», знаете ли. 18+. Вылеты засчитывались боевыми (солдатская молва).

Опытный штурман дал отмашку и машина улеглась на боевой курс. Открылись бомболюки. Нажата кнопка и бомба вывалилась на свет божий. Сработал вытяжной парашют, закрутился пропеллер- «ветрянка», ставящая бомбу на боевой взвод, сработала химия и- в небе зажглась «сверхновая». Звезда медленно опускалась на парашюте, наполняя пространство СВЕТОМ. Только не нужным оказался СВЕТ.

Полетели к нему с Земли снаряды, этот свет погасить.

И обиделись САБы в бомболюке за понапрасну сгорающую для людей свою товарку и затеяли «бузу». А как иначе объяснить мгновенное повышение температуры в бомбовом отсеке, каковое, без всяких градусников, ощутил экипаж.

Летчику ничего не оставалось как рвануть «Сидор» – рычаг общего сброса содержимого бомболюка (так этот тумблер называли летчики ВОВ) Избавившись от смертельной опасности пилот лег (в переносном смысле) на курс к родному аэродрому. 18+. Если бы на «двадцать восьмом» были «черные ящики» они записали бы широкий спектр эмоций, выраженных командирским и матерным языками (иногда они разнятся).

На полигон проблемы летели вместе с бомбами. Пока события ярко « разгорались» на борту, ИЛ 28-й успел вновь лечь на боевой курс и сброс пришелся на позиции зенитчиков. Все, кто не стрелял, увидели боевой разворот и бегство самолета с набором высоты. Затем увидели черные точки отделившихся бомб и заорали.

Самым массовым был крик: Ложись! А ведь горизонтальное положение только увеличивало площадь поражения.

Дмитрий всего кошмара не видел. Стреляли другие батареи, а он возился с ремонтом РПК (Радио Приборного Комплекса) внутри этого комплекса-будки на колесах УРАЛа 375. Затрещал телефон ТА-43 внутри батарейной связи, трубка голосом командира огневого взвода Серика (казах-двухгодичник) заорала:

– Димка, ты горишь!

Телефонный аппарат ТА 43 (образца 1943г.

Реакция была соответствующей-комбат рявкнул расчету РПК: Все-вон! И прыгнул к двери, распахнул ее. Прямо перед дверью, метрах в десяти, вздымалось необычное пламя высотой метра три. Оно напрочь загораживало вид на батарею, поэтому там подумали, что РПК горит.

Выскочив наружу, все уставились в небо, не заморачиваясь гудящим рядом огнем. Важно предвидеть опасность грядущую, а не пришедшую, плавно текущую.