Торпеды судьбы

Наконец, ласты, маска и трубка завершили экипировку. Охотник за мидиями принял от ассистента сетку-авоську для складирования ракушек и, спиной вперёд пошлёпал к воде. Выдерживая курс на глубину, забрёл в воду по пояс, повернулся лицом к горизонту, лёг на живот и поплыл, работая ластами.

Красавец-заметил Володя, надо будет у них ракушек спросить, не доводилось пробовать.

Наблюдая за внедрением в стихию моря одетого в костюм «с иголочки» охотника за ракушками – «Ловца мидий» – я предсказал:

– Через три минуты этот «дайвер» сбросит маску, выплюнет дыхательную трубку и нам придётся его спасать.

Так и случилось. Шлёпая ластами, парень плыл, пока поравнялся с нами (метров тридцать от берега) и нырнул к бетону волнореза, на котором многие мидии мирно мокли и росли.

Голова с маской пошла вниз, ноги в ластах остались вверху. Весь воздух, который ныряльщик не стравил через специальный клапан входя в воду, пошёл вверх, раздул штаны гидрокостюма и ласты слетели. Без ласт плавать тяжело и Новичок (сомнений в этом не оставалось), выплюнул трубку и сбросил маску, они мешали! И что-то закричал, забулькал!

К тому времени мы уже сняли пояса с плащей (стоял прохладный морской апрель, хоть и солнечный), протянули один пояс сквозь пряжку другого и бросили импровизированный «конец» утопавшему.

Его друзья, ожидавшие добычу на пляже, прибежали к завершению спасательной операции. Девчонки оделись. Дайвер-Лузер проклинал Судьбу. Так и не разведя костёр, молодёжь собрала одёжки и удалилась в поисках более доступных развлечений.

– Вот пример гордыни – заметил Володя, выслушав мои пояснения причин происшедшего – надулся как индюк и чуть не утонул. Наверное, только хвастуны идут в подводные охотники. Вечером встретимся в баре, я тебе противоположную историю расскажу. И все разошлись, одиноким оставив огромное море.

С Володей мы познакомились на этом же пляже. Вместе посетили бар «Аркадия» и даже знаменитую Оперу. В обоих наших санаториях пациенты были постарше – межсезонье, никакие не подсолнечники, на зарядку выходили в пальто.

По возрастному признаку мы и сдружились. Но к нам иногда присоединялся Василий Григорьевич, сосед Володи, москвич, из начальников. Было ему под пятьдесят, ростом под сто восемьдесят, весом под девяносто. Такое разнообразие цифр усложняло судьбу, в возрасте «пора остепениться» он всё ещё нравился посторонним женщинам. По крайней мере, одной, приехавшей в Одессу следом за ним и отнимавшей отпускное время.