Китай под семью печатями

У обжорных лавок мама Прасковья и тётя Таня всегда кривились и зажимали пальчиками носы, подумаешь, запах им не нравился. Но от перекуса не отказывались. Особенно от риса, который китайцы варили в котлах тут же, на кострах. Рис очень вкусный, от него пахло только рисом.

Ближе к Харбину больше стало на дороге грузовых рикш – попутных полных и встречных полупустых. Впрягаясь в тележки, китайцы волокли на себе капусту, тыквы, кукурузу, мешки с картошкой или с луком и всякую другую съедобную всячину. На мостиках рикши толпились и толкались, и тогда наш кучер разгонял пеших конкурентов массивным колокольчиком, от чего Клавочка и Мишуха приходили в восторг.

А на седьмой день въехали в Харбин.

О-о-о! Красота! Столица. Шик и блеск.

В городе ломовой извозчик довёз их до Зелёного Базара. Ура! Добрались!

Тётя Настя обрадовалась, всплеснула руками, расплакалась от счастья, послала соседских ребятишек с радостной вестью на работу к её мужу. Занесла спящего измученного Мишуху в свежесрубленную избу.

Клавочка добрела сама, еле живая, согнувшаяся, ладошки ниже коленок, глаза полуоткрыты.

Дом хоть и размером всего с треть вагона-теплушки, но Панфиловы к встрече родных уже давно подготовились, сколотили кровати, и тётя Настя тут же развернула на них новенькие матрасы, принесла из своего домишки чистенькое бельё.

Папа Павел укладывался спать последним. Миша проснулся, переполз к отцу под бок, зашептал:

– А хунхузы в наш новый домик не придут?

– Нет, сынок, – слышался из темноты тихий папин голос, – всё в порядке, хунхузов здесь не бывает.

Ты не бойся. Хорошие люди не боятся дурных людей. Добрые всегда сильнее злых. А мы хорошие, значит, мы сильные. Подумаешь, хунхузы! Да мы их с тобой! Да ты один их победишь! Потому что хороший.

Отец Павел и не догадывался, что произойдёт с Мишей через много-много лет, когда тому стукнет не пять, а двадцать пять. Не знал, но будто бы предвидел. И не ошибся…

Приключение

Хунхузы и прыгун

Слушаем рассказ человека, прошедшего огонь, воду, медные трубы.

Про «огонь» – это когда в него, в убегающего, стреляли как по мишени. Из десятков ружей. Слава Богу, убегал Миша шустрее пуль и картечи, а стрелявшие оказались мазилами.

Эта история неоднократно, вдохновенно и с удовольствием пересказывалась нашим героем в семейной аудитории или при близких гостях.

– Стреляли в меня не спозаранку, а ближе к полудню. А утро ничего худого не сулило. Собирался на охоту. Из Барима.