Хозяйка приюта

Почему тебя так волнует их соблюдение?

– Не хочу, чтобы мисс Редфелс разочаровалась в нас. Да не смотри ты так! Я знаю, что тебе здесь не нравится. Но вот что я тебе скажу: наш приют – достойное место, и мы должны быть благодарны мисс за то, что она содержит нас тут задаром, кормит, учит и одевает. Хочешь – беги, только не тяни за собой остальных.

Томас недоумевал. Что за жизнь была у Джека прежде, если он боготворит мисс Редфелс?

– Ты помнишь, как здесь оказался? – с опаской спросил Том, нарушив негласное правило.

– Конечно. Мисс появилась на пороге работного дома, где я прозябал, и предложила пойти с ней. И я пошел. Ты знаешь, что такое работный дом?

– Да.

– Ни черта ты не знаешь! Это очень паршивое место, где к людям относятся хуже, чем к скоту. Поверь мне.

Джек был прав. Томас почти ничего не знал о работных домах, кроме того, что там живут бедняки, которым больше некуда пойти.

Том вспомнил, как однажды они с дядей искали некоего джентльмена и зашли в замызганный паб на пристани.

Внутри стоял такой смрад, что у Тома заслезились глаза. Неисправный дымоход и опасность удушья ничуть не пугали завсегдатаев этого заведения. Большие темные фигуры восседали за липкими столами и стучали кружками, в то время как маленькие тени метались у самого пола. Томас пригляделся и понял, что под столами ползали тощие мальчишки, собиравшие окурки.

– Не найдется ли пары пенсов у юного мастера? – спросил один из оборванцев, заметив Томаса.

Том пока не носил при себе денег.

– Тогда, может, платок?

– Вряд ли он поможет тебе очиститься, – всмотревшись в чумазое лицо мальчишки, ответил Том.

– Не поможет, зато обернется добрым ужином, а если повезет, то не одним.

Том поинтересовался, когда его собеседник ел в последний раз.

– Не помню, – мальчишка простодушно пожал плечами. – Наверное, вчера утром.

Тогда Томас достал из кармана свой белоснежный носовой платок и отдал его незнакомцу.

Оборванец осыпал Тома благодарностями и скрылся в клубах дыма. Том знал, что может понести наказание за потерю платка, но не смог поступить иначе.

Воспоминания Тома прервал шум распахнувшегося окна. Мощный вихрь принес опавшие листья и устроил переполох в комнате. Джек первым оказался у окошка и с трудом закрыл его.

– Сильная гадина, – хмыкнул Джек. – Все беснуется!

– Ты о ветре? – удивился Томас.

– Нет, о Черной Шейле.

Глава 5.