Хозяйка приюта

 – Только не вздумай бежать в подвал! Всем известно, что маленький народец обожает подшучивать над людьми. Наверняка они только и ждут, чтобы ты купился. У нас в приюте самый скучный подвал на свете: только уголь, дрова и холод. Еще простудишься!

– Не побегу, – успокоил Том Мэри.

«По крайней мере, сейчас», – продолжил он про себя.

Глава 8. Доктор Доу

– Назовите ваше имя.

– Доу. Эдвард Доу.

– Возраст?

– Двадцать восемь.

– Род деятельности?

– Ars medicina[3 - Искусство исцеления (лат.

).].

Детектив всмотрелся в лицо доктора, омраченное печатью тревоги. Судя по воспаленным глазам и темнеющим пятнам под ними, мистер Доу не спал уже много часов, однако взгляд его, полный смирения, был ясным.

Семейство Доу было весьма известно в городе тем, что подавляющее большинство его представителей строили политическую карьеру. Медицину же такие люди считали занятием, не слишком достойным их высокого положения. Эти обстоятельства выделяли мистера Эдварда Доу и, по мнению детектива, говорили в его пользу.

Нужно было обладать немалой стойкостью и смелостью, чтобы противостоять всей семье в выборе своего поприща. А значит, преданность делу можно было считать самой что ни на есть искренней.

– Как зовут пропавшего? – детектив уже и так знал ответ из вчерашнего сухого отчета сослуживцев, однако правила требовали спросить еще раз.

– Томас Доу. Он мой племянник. Мальчик десяти лет.

– Итак, вы утверждаете, что мальчика похитили.

Это так?

– Да, сэр.

– Почему вы в этом уверены?

– Я сам видел похитителя. Вернее сказать, похитительницу. Да-да, сэр, вы не ослышались. И особенно странно, что эта женщина – не какая-нибудь лишившаяся рассудка несчастная бездомная, а самая настоящая леди! Я сознаю, что при нынешнем состоянии мои слова могут показаться вам фантазиями подавленного родственника, но прошу вас, выслушайте мой рассказ. Надеюсь, что мои точные описания убедят вас в правдивости произошедшего.

А после судите, как вам подскажет ваша профессиональная интуиция и совесть.

Как и многие люди его профессии, детектив умел распознавать ложь. На вранье у него было особое чутье. В поведении и словах доктора он не почувствовал фальши, лишь только тревогу за судьбу пропавшего.

Доктор набрал в легкие побольше воздуха и начал:

– Вчера около семи вечера мы с Томасом и двумя леди отправились на ярмарку, что на Вердж-стрит.