Беседы в предбаннике. Сборник рассказов незабытых душ

Присмотревшись в темноту на маленький круг света, сквозь слезы я увидел, что из могилы еле шевелясь, пытается вылезти жалкое подобие человеческого тела. Оно было лысое, худое, просто до ужаса худое и на его теле были видны раны. Освободившись по пояс, он разрывал вокруг себя землю пытаясь освободить свои ноги.

– Давай покончим с этим. – Прошептал Жека, – пристрели его.

– Я не могу, у меня не получиться, я из ружья то никогда не стрелял, давай ты. Ты же военную кафедру закончил, вас учили.

– Да ни черта нас не учили… Ладно давай его сюда, заряжено?

– Да, пулей.

 – Я передал Жеке дрожащими руками ружье, чуть было, его не выронив из скользких рук.

В этот раз Жека держался куда лучше чем у меня в доме, может это из-за того, что это я взял на себя большую часть страха, или просто он был уже готов к этому, ну не то что бы совсем, но более чем я. Я то думал что это так, фантазия.

Секунды тянулись целую вечность, Жека снял с предохранителя ружье, направил его на труп и стал выжидать.

Молния освещала его лицо, бледно синим светом, я видел, как по его огромному лбу стекали крупные, как горох, капли пота.

В это время тело продолжало тихонько ковыряться в земле, пытаясь откапать себя, не обращая внимания на луч света, который был на него направлен. За звук я не говорю вообще, шум ветра был довольно сильный, но все равно нас оно вполне могло услышать. Это тело разгребало своими жалкими руками вокруг себя землю, и всхлипы его были похожи на бульканье, из его шрамов текла кровь, смешавшись с черноземом, превращалась в грязь.

Жека задержал дыхание напряг руку.

– Возвращайся в ад! – прокричал он.

Выстрел!

По всей округе разнесся гром выстрела, эхо подхватив его пару раз, бросило, где то на краю поселка. В ушах стоял громкий гул, тошнотворный звон, и сквозь этот звон были еле слышны, чьи то крики и мольба о помощи.

Открыв глаза, увидел, что Жека сидит на земле, мотает головой, закрыв лицо руками, ружье лежит рядом, из ствола валит горячий пар, фонарик выпал из моей руки и светит в землю.

Но кричал не Жека, как я думал, и не я. Это точно не Жека и не я издавал это шипение сдавленный крик и вопль одновременно.

– Здесь? Ааа… помогите, не убивайте, я ничего не сделал, помогите. – Крики доносились со стороны злорадной могилы. Подняв дрожащими руками фонарик, я посветил им и увидел, что это тело лежит, скорчившись, держится за свою худую руку из которой хлещет кровь.