Чёрная книга ворона: всадник войны

 – Так, Северная и Южная Корея приходят к миру и, походу, будут объединяться; по слухам, всё это – затея господ из США. Мы этим занимаемся.

Выслушав его, я откинулся на спинку кресла и потянулся, взглядом сверлил чёрную книгу.

– Отправляйся к Шуту, но перед этим отдохни, подкрепись, после чего отправляйся. Можешь идти.

Информатор встал из-за стола, слегка кивнул головой и вылетел из кабинета, как пуля из пистолета. Вздохнув полной грудью, – что ж, посмотрим, какое послание оставил мне Шут, – всадник войны спускается с неба, а мы слепо пытаемся жить, как обычные люди, не обращая внимания, что же творится над нами.

Никогда не думал, что моя жизнь будет вот такой. Смешная штука эта ваша жизнь: пинает, бьёт, а когда говорит, что любит тебя, ты даже не замечаешь, как кинжал вонзается в твою спину. Вот так и живём, как говорится, перед бурей море спокойно.

Раскрыв первые страницы, обратил внимание на историю Жанро фон Вальян. Эх, старик, почему мы в этой войне, зачем же нам нужна эта война? Ты был обычным бандитом; пришла пора прочитать твою историю и не совершать твои ошибки, ведь всеми нами играют, как могут.

Пора бы мне показать, что такое настоящая игра; мне нужны твои знания.

Глава 1

Француз, но не немец

Я родился в 1954 году в провинциальном городке Франции, мой отец был обычным работягой на заводе, моя мать – швеёй на фабрике; зарплата их обоих была небольшая. Нянчилась со мной большую часть времени моя бабуля по отцовской линии; могу сказать одно – она была слишком строгой даже для немки, вечный порядок вещей меня раздражал.

Моего отца не очень-то любили на заводе, хоть время уже прошло со времён войны, но не у всех зажили старые шрамы. Нам хватало на корку хлеба, думаю, ты меня понимаешь, ведь кроме тебя, Голод, больше никто не может вести воронов дальше, хоть эта книга посвящена нашему прошлому, но именно с помощью тебя не совершатся ошибки, которые допустили мы; когда только вступили в путь, вороны были самыми обычными бандитами.

Наверно, ты и так слышал из уст стариков нашу историю, мы хотели денег и авторитета; это был ужасный путь, и даже представить не могу, через что придётся пройти тебе. Наша жизнь была наполнена горечью, моя история – это путь, который привёл нас к этому; может, это всё судьба, может, кто-то хитро спланировал весь наш путь, и даже наша встреча была явно неспроста. Так слушай меня и не наступай на те грабли, на которые наступал я.