Адмирал Империи – 6

 – Обвинения в трусости для меня уже достаточный повод убить вас… Если не желаете прислушаться к доводам разума и понять мои действия в той битве, что ж, это ваши проблемы. Возможно, вы просто глупец. Но после слов о моей трусости простить вас и отменить поединок я не намерен принципиально…

– Еще бы ты его отменил, – невесело усмехнулся Хиляев в свою очередь, активируя оружие, – не ты бросал вызов, не тебе отменять…

– Господа, прошу вас! – Козицын чуть ли не плакал, так жаль ему было терять одного из них, а вполне возможно, что и обоих, – как пройдет поединок не было известно никому.

– Оставь причитания, Василий Иванович, – отмахнулся Хиляев, – пустое… Лучше делай, что должен…

Козицын вздохнул и опустил голову, продолжая стоять между двумя соперниками посреди отсека.

– Намерены ли вы отказаться от дуэли и пожать друг другу руки? – задал вопрос Василий Иванович монотонным голосом, произнося фразу как того требовал кодекс дуэли.

– Нет…

– Нет…

– Хотите ли сказать что-либо друг другу перед поединком?

– Нет…

– Нет… Все сказано…

– Тогда, по праву секунданта я объявляют поединок чести, – произнес адмирал Козицын.

 – Согласно правилам в живых остаться должен только одни из вас. Если соперник ранен и не может продолжать сражаться, вы обязаны нанести смертельный удар, иначе покроете себя позором, и сатисфакции не будет… Правила понятны? Что ж, тогда сходитесь, господа…

Козицын дал отмашку рукой и тут же сделал два шага назад. И вовремя, потому как Хиляев и Белов просто как дикие звери бросились друг на друга, готовые растерзать противника, будто перед тобой был сейчас не твой боевой товарищ, а кровный враг.

Прямо перед носом пораженного Козицына два клинка скрестились с глухим звоном…

Боевые «ратники 400» – бронескафандры последней модификации всеми силами способствовали такой живости поединщиков, системой пневмо-приводов эндоскелета кратно увеличивая скорость реакции и силу их владельцев. Жалкое и недолгое бы зрелище нас ожидало, не будь на Белове и Хиляеве подобных доспехов.

А сейчас будто два эпических фэнтезийных воина-героя сражались между собой…

Броня и сталь скрежетали, касаясь друг друга, клинки синим холодным светом чертили узоры и летали в воздухе быстрее молнии. Наблюдая такой напор и энергию навряд ли кто-либо мог поверить, что в рукопашной сошлись два уже далеко не молодых человека. Адмиралы делали выпады, контрвыпады, рубили и кололи без устали. Зал наполнился звоном стали и тяжелым дыханием поединщиков.