Кремлевский клад: Cosa Nostra в Москве

Тут, в Кремле, где ни копни – девять веков истории и кладов. Так что – вполне.

– Тебе это не интересно?

Теперь Черкизов хлопнул мокрой рукой по плечу флорентинца:

– Интересно. Валяй.

– Я говорю, в Успенском соборе есть тайник. Устроил его архитектор Фьораванти.

– Что там?

– Кое-что.

– Горшок медяков?

– Подороже будет.

– Ты знаешь что?

– Кое-что…

Черкизов проработал с флорентинцем почти два года, получал от него суммы со многими нулями, они выпили за это время ящики кьянти.

Поэтому всякие осторожности и околичности были давно не нужны.

Черкизов налил себе еще кьянти и пригубил.

– Что же ты от меня хочешь?

– Я уезжаю, а ты остаешься. И тебе это удобнее.

– Хочешь, чтобы я там ползал с металлоискателем?

– Металлоискателем это не возьмешь.

– Что там?

– Кое-что.

– Что же ты ничего не нашел? Я ведь тебе все устроил.

– Не так это просто.

– Сколько это стоит?

– Нулей не хватит. В сотни раз больше, чем ты от меня получил.

– И что мне надо делать?

– Пока – только согласиться.

– А потом?

– Потом только впустить туда и выпустить. Наши люди все сделают сами.

– Битый кирпич они тоже сами выметут, или мне это делать?

– Ты получишь пять миллионов евро. За эти деньги сам сообразишь, как убрать за ними. Половину денег получишь вперед.

Флорентинец сверлил темными глазами лицо Черкизова. Но тот спокойно попивал свое кьянти. С его губ не сходила ироническая усмешка.

Ничего из слов флорентинца его серьезно не удивляло. Даже сумма в евро со многими нулями, – потому, что он до сих пор не находил применения и тем, что у него были.

Не удивлял Черкизова и кладоискательский азарт этого темпераментного итальянца. Разумеется, тот мог иметь сведения, что и где запрятал его земляк почти шесть веков назад на земле полудиких славян, это было вполне вероятно. После своего «ляпа» с музейщиком Черкизов копнул глубже про архитектора Фьораванти, – благо, здесь, в Кремле, материалов про него и про его собор было предостаточно.

Оказалось, у архитектора из Болоньи была настоящая страсть к загадкам и тайникам. Самый большой его тайник виден за километры, из любой точки центра Москвы. Это центральный купол его прекрасного собора. Купол шире не только четырех соседних, угловых, он шире и отверстия, на котором построен, – на целый метр.