Бетонная агония

Для себя, чтобы не забыть, не строить иллюзий, не расслабляться, всегда быть начеку. Если вокруг нет угрозы, значит недостаточно хорошо смотришь, и даже самый слабый лучик надежды всё равно остаётся призраком.

Об этом знаю я, знают они, остальные меня не заботят.

Рефлексы сработали сами собой. Коморка закрылась тихо, рекреация пронеслась перед глазами в мгновение ока. Даже быстрее, чем я успел привыкнуть к свету, при этом я почти забыл о шуме. Мне было так важно побыстрей оттуда убежать, что даже страх пустых коридоров остался где-то в том чуланчике, рядом с недокуренной сигаретой.

Ну и чёрт с ним, я должен их опередить, появиться внизу прежде, чем пронюхают наши сердобольные учителя. Прежде, чем Паттерсона выведут вниз.

Ступеньки прыгали под ногами, облезлая краска летела из-под ботинок. Быстрей-быстрей-быстрей, там, внизу, переведу дух. По счастью, пролёт оказался пустым, а у проёма как раз толчётся случайная компания. Если я там появлюсь, никто и не заметит.

Должно быть всё в порядке, сигареты, телефон, ничего не забыл.

Теперь перейти на шаг, слегка отдышаться, вытереть пот, будто бы ничего и не было. А, может даже, так оно и есть.

Как я и ожидал, меня никто не заметил. Стайка боязливо оглядывалась по сторонам и совершенно не обратила внимания на троянского ученика. Среди них отыскался мой друг, и это позволило мне, отвечая автоматом на тупые вопросы, слиться с толпой.

Мы стояли, не подсоединив мозг к языку, а в моей голове проносилась эта сцена с Паттерсоном. Как его со скрипом хватают под руки, как его тащат вниз по лестнице, как он еле волочит ноги.

Его лицо наверняка покрывается потом, как моё недавно, бледная кожа свисает вниз, оставляя место только красным глазам.

Он уже покойник.

А потом полицейские как-то подозрительно зашевелились. С улицы в дверь зашли несколько человек, один встал у той лестницы, по которой я недавно спустился в холл. Неужели что-то случилось? Неужели они нашли меня? Не может быть, они заняты другим, им не до меня. Коморку в ряд ли кто-то проверил, её ещё надо было найти.

И, тем не менее, холл стал всё больше и больше заполняться людьми в форме.

Теперь уже несколько человек направлялись к пролёту, грубо расталкивая перепуганных детей. Неужели я где-то наследил?

– Ещё один, – донеслось до меня откуда-то с лестницы.

Точно. Дьявол, откуда они узнали? Почему решили, что я им так нужен?

И тут мой взгляд упал в окно: там, за ржавой решёткой и пеленой серого дня, лежала улица.