Дериват

Однако ни придающего смелости Кочевника, ни сопровождающего в, казалось бы, безысходных ситуациях Аполло не было рядом – была лишь притупляющая рациональность паника от неизмеримости надвигаемой угрозы, она сковывала инеем ноги, пробуждала страх за собственную жизнь. Спри ошибочно полагал, что против такого страха он давным-давно нашел действенное лекарство, ходя по балюстрадной кромке навесных мостов между небоскребами в дни наиярчайшего озарения, когда осознавал никчемность собственного существа.

 – Аполло, ответь.

Крео надел браслет с фотопластинкой и двумя щелчками стукнул по ее корпусу, но безрезультатно – демоническое приглушение красных огней забрало с собой и спасительный глас всезнающего омнифрейма. Остался лишь звук надвигающихся шагов, близких к тому, чтобы навсегда укутать Спри в пелене более глубокой червоточины.

Медленно ступая в сторону остекленного прохода, неуверенный в собственных силах воин с каждым шагом сильнее сжимал накаго деревянного боккэна.

Перебежка по ту сторону кишки, сопровождавшая аккуратную поступь Крео, прервалась – что-то неизвестное готово было появиться в оранжерее, какая-то первобытная напасть. Спри встал у самого прохода. Из-за угла напротив всей ужасающей статью выступил убийца, едва прорисовывающиеся контуры военной экипировки намекали на цель его визита.

Страж царства тьмы направился в сторону Спри, снимая змееподобное приспособление с магнитных клепок на ребрах. Наплечники убийцы, вылитые из неизвестного сплава, сливались воедино с металлической тканью нарукавников, грудь была защищена аналогичной по составу защитой из множества сведенных вместе пластин, намертво запломбированных выпирающими головками шурупов.

Углеродное волокно, заполонившее – на пару с прорезиненным материалом – пространства между передовыми доспехами, отдало свой естественный окрас на завораживающий акт цветового блуда: полуночно-пурпурное сияние миллиметровых ромбовых ячеек совокупилось с алым неоном, превратив коридор в необычные сатанинские своды, как будто бы через жилы стен преисподней прорвался ультрабытовой киберпанк и сместил Зверя духовной погибелью, богословам еще более непонятной.

Крео уж было отступил назад, почти согнувшись под нависшей над ним формой всевышней расправы: что же такого он мог натворить, бредил Спри, раз на поимку его души Всевышний направил разившую смрадным пеплом химеру из самых зловонных подземелий.