К югу от рая

– Сейчас – сказала Карина, – есть одно дело – она выпила еще, – поцелуй меня – сказала она и я поцеловал.

– Я хочу деток, хочу много деток.

– Это было бы чудесно дорогая – сказал я.

– давай постараемся, давай как вчера? Мне очень понравилось, так как было вчера, давай? – сказала она и, отдав мне бутылку, легла на живот. Я хлебнул портвейна и поставил его на пол. Мы занялись делом. Я целовал ее в шею и в ее алого цвета губы. Она стонала и целовала меня в ответ. Теплый ветер, что дул с востока и мешался с морским бризом, залетал к нам в комнату и обдувал нам лица.

Он пролетал по саду и раздувал костер, который помешивал хозяин дома. По утрам он любил пить свою абрикосовую настойку, а после полудня он уходил на причал к своим друзьям, чтобы выйти с ними в море. Подкинув в костер хворост, он допил стакан. За спиной послышались шаги. Это была Мария. Она несла на подносе еду и бутылку с настойкой мужа.

– Ну и где твоя молодежь? – спросила она.

Позавтракав, мы прикончили еще одну бутылку портвейна.

Был уже почти полдень. Стояла невыносимая жара. Карина хотела купаться и звала меня на пляж. Она стояла в одном купальнике упершись на старый дощатый забор. На досках, которого была потрескавшаяся выгоревшая на солнце белая краска. Она стояла с бутылкой и уговаривала меня пойти на пляж.

– Ну пойдем скорей, такая погода! Я так хочу купаться!

– Там полным-полно людей с детьми – отвечал я – мы там себе и места не найдем, уж поверь мне. – сказал я.

– Плевать! Я все найду, я так хочу купаться в море!

– Знаешь что? – сказал я.

– Что? – сказала она.

– У меня есть потрясающая идея.

– И что же это за потрясающая идея?

– Мы не пойдем купаться, мы поплывем.

– Но я же боюсь эти чертовы лодки.

– Не бойся, мы поплывем на яхте. Вчера весь вечер Михалыч мне рассказывал про своего друга, у которого своя яхта и как они со своим другом выходят в море на этой потрясающей яхте.

– Главное, чтобы мы не пошли ко дну вместе с этой потрясающей яхтой – сказала Карина и хлебнула портвейна.

– Не пойдем – сказал я. – дай-ка мне – я взял бутылку и глотнул, – пошли.

– Хозяин дома должен был сидеть у костра и пить свою настойку. По пути мы сорвали по абрикосу и, жуя свежие сочные плоды, пришли в хозяйский двор. Как я и думал, Михалыч сидел на том же месте, в тени деревьев и помешивал костер. Когда мы подошли, он залпом допил остатки в стакане и встал со стула.

– Михалыч – начал я подойдя.