Тетрадь с гоблинами

Нет, двух строчек недостаточно, чтобы впечатлить мадемуазель. Я скомкал лист, засунул в рюкзак, а на следующем написал:

Ты мне нравишься.

    Аноним.

P.S.: даже очень.

Так лучше. Но все равно мало. Я взял третью бумажку, и уродливым почерком написал:

Смотрю на тебя каждый день.

Ты мне нравишься.

    Аноним.

P.S.: даже очень.

Я окинул послание критическим взглядом. Какая-то чушь. Я что – маньяк, чтоб смотреть каждый день? Надо смягчить посыл.

Смотрю на тебя почти каждый день.

Но нравишься ты мне всегда.

    Аноним.

P.S.: даже очень.

По телу побежали мурашки. Вот это манускрипт! Я вытащил флакон нового парфюма и брызнул. Напрасно. Анька по запаху сразу прознает. Я написал: “Я знаю, что ты читаешь детские комиксы” и – вы уж извините меня за вольность – нарисовал пенис. Психанул.

После чего взял последний лист, чтобы написать финальную версию, без парфюма и прочих штуковин.

Смотрю на тебя почти каждый день. Мне нравится смотреть на тебя.

    Благородный аноним.

Записка получилась роскошной: поэтической и вообще – ну вы сами видите. Не успел я положить ее Аньке на стол, как приперся Рома:

– Люблю избавляться от проклятий по утрам, – он сел громко и массивно, а я от неожиданности упал всем телом на парту, закрывая грудью тайные письмена. Рома это заметил: – что прячешь?

– Ничего.

Класс стремительно наполнялся шныряющими одноклассниками.

Сидорович нарисовал на доске женское лицо и, подписав “Серафима” (кличка учительницы по физике), кидал в нее мокрой тряпкой. Алиса и Рита что-то снимали, надув губы, – видимо, тоже свое Послание.

Я подложил записку на парту Аннет и вернулся на место. Оставалось ждать, когда она придет и влюбится в романтичного незнакомца.

– Пишешь любовные послания? – спросил Рома. – Не забывай предохраняться.

– Так говоришь, будто что-то знаешь о сексе.

– Знаю абсолютно все. Презервативы – главное, далее – проверка паспортных данных партнеров, и убедиться, что тебя не ограбят под утро.

Передо мной на парту упал чей-то карандаш. Я перекинул его через плечо, как того требуют все школьные приметы.

– Ромыч, так что там с проклятием?

– Спал сегодня, как убитый. Спасибо. Твой способ сработал.

В класс зашла Аннет. Я положил одну ногу на парту; взгляд отвел в сторону таблицы логарифмов, демонстрируя эффектный профиль, как на орвандских баксах.