Одиннадцать дней, одиннадцать ночей

Это было удивительно, поскольку Дик переехал в этот квартал всего два дня назад, арендовав здесь небольшой домик, и практически никого здесь ещё не знал. «Может грабители?» – закралось робкое предположение. Но Дик безжалостно отбросил его. Самым ценным здесь был он сам.

Накинув халат, он спустился по лестнице вниз и открыл парадную дверь. Лунный свет вырвал из объятий мрака испуганное лицо женщины. Её волосы были растрёпаны, рот перекошен в гримасе ужаса, глаза с надеждой и мольбой уставились в лицо Дика.

Она стояла в одной ночной рубашке, сильно смахивая на привидение. Он отпрянул. Через какое-то мгновение он узнал в непрошеной гостье соседку из дома напротив.

– Пожалуйста, помогите, – произнесла она, всхлипывая. Дик посторонился и распахнул шире дверь, пропуская женщину в дом. Они прошли в гостиную, не прибранную после переезда. Но дама даже не обратила внимания на беспорядок.

– Присядьте и успокойтесь, – Дик придвинул ей стул. Без сил, она упала на подставленную опору. Подав стакан воды, он мягко попросил: – Выпейте и расскажите, что с вами случилось.

Дрожащими от волнения руками женщина поднесла стакан ко рту и сделала небольшой глоток. Дик отметил, что она немного успокоилась, и терпеливо ждал объяснения внезапного появления.

– Мой муж… – наконец произнесла она. – С ним что-то не в порядке. Только что он пытался меня убить.

От удивления Дик открыл рот. В день, когда он переехал в этот дом, он имел честь познакомиться со своими новыми соседями, супружеской четой Гилсби.

Они произвели на него благоприятное впечатление и предложили свою посильную помощь в обустройстве.

Миссис Мерлин Гилсби показалась приятной, симпатичной молодой женщиной. На вид ей было около двадцати восьми лет. Стройная фигура и лицо с правильными мягкими чертами, обрамленное светлыми шелковистыми волосами, спадающими водопадом на плечи, делали эту женщину весьма привлекательной. Но её глаза… Они заметно старили её. Покорность, усталость и глубокая грусть в её глазах поражали.

Но нежность во взгляде этой женщины делала её красивее. И сейчас, когда Дик смотрел в её глаза, полные слёз, он понимал, что она сейчас желаннее, чем когда-либо. Казалось, что Мерлин Гилсби создана для любви и страданий.

Её муж, Фрэнк Гилсби, был высоким худощавым человеком. Он был старше жены лет на пятнадцать. В его внешности трудно было бы отметить нечто особенное, и, наверное, в серой однородной массе людей он был бы незаметен.