Альфонс Алёша

Наконец его голос загудел медленно, как у боксёрского конферансье:

– Интим приветствуется!

Возбуждённые студенты подняли восторженный гам, а Лёша не поверил ушам.

– Валите отсюда, здесь женщин нет! – прокричал тренер, но Ромашкин этого уже не слышал.

Во что он ввязался… Он ведь всегда думал на шаг вперёд. Думал, что думал. В смысле, думал, что думает на шаг вперёд, а на самом деле непонятно, о чём думал! Дум-дум-дум – отдавалось в голове. Потерял бизнес, деньги, остался один интим. Приехали… Вот бы откатиться на уровень назад, как в компьютерной игре.

Хотя бы на утро.

Какая странная закономерность: третий раз подряд Ромашкин покидает инкубатор в таком пережёванном состоянии, что вынужден подолгу отсиживаться на бордюре прежде чем прийти в себя.

Мысль насчёт откатиться назад напомнила о Крылове. «Я ведь ничего не потеряю», – сказал себе Лёша, стараясь не вспоминать о том, как сжёг мосты, и набрал номер.

– Ну, брат… – озадачился Крылов. – Я ведь как бы другого человека уже взял.

 – И он добавил ещё несколько сочувственных слов ободряющим тоном, но Лёше не полегчало. Тёплое стабильное место ушло. «А вот теперь точно конец», – сказал внутренний голос.

Тупое листание телефона – всё, на что сейчас хватало Ромашкина. На экране мелькала бесполезная развлекательная жвачка, а в голове вертелись варианты новой карьеры один другого привлекательней: курьером, дворником, официантом… Был, конечно, ещё один: щипать «мамочек» в подворотне, но человек, привыкший к ежедневному кратному прогрессу, закономерно противится возвращению на старт.

Это всё равно что блистательного офицера вдруг разжаловать в рядовые. Самое жестокое наказание для тщеславной натуры.

Дзынь!

«Купи…» – так начиналось сообщение от Кати, а далее следовал бесконечный список покупок, из которых одни памперсы стоили целое состояние. Нежное «целую» в конце не поднимало настроения, а лишь сильнее ввергало в состояние вины. Лёша был многодетным отцом уже неделю и знал цену подгузникам. В текущих обстоятельствах тройное их потребление сулило ему гарантированное банкротство в течение нескольких дней.

Телефон продолжал добросовестно доставлять известия. Очередной непрошенный «дзынь», и Лёша обнаружил себя включённым в чат «Женщины платят за всё». Не успел он в меланхоличной обречённости подумать о неизбежности судьбы, как вдруг ощутил дружеский хлопок по спине.

– А ты, чемпион, собираешься на охоту? – Новые друзья верили в успех Ромашкина больше, чем он сам.