Жилой комплекс «Курицын»

Всё, что Саша доселе знал о строительстве, так это то, что дома строятся: а) из строительных материалов и б) по проекту. Кстати, если по-правильному, проект идёт впереди материалов. Значит, нужен проект, значит, нужно найти того, кто этим занимается, а это уже легко. Саша в максимально деловом ключе написал письмо «Сделайте нам, пожалуйста, проект» и отправил его по электронной почте без разбора всем проектным организациям, которые нашёл в справочнике.

Теперь, когда появилось время на осмысление, Саша вдруг осознал, что ему предстоит.

Построить дом… О-го-го… Хе-хе… Жадная фантазия вытеснила всё постороннее из Сашиной головы. Перед глазами встал обклеенный афишами забор в переулке Ушкиной. Вдруг он рассеялся, словно туман, а на его месте начал расти ещё непонятно какой, но уже очень красивый, нарядный, крепкий, ладный дом.

Сначала он грезился Саше скромным особнячком вроде коттеджа для голливудской знаменитости. Затем Саша вспомнил, что дом будет многоквартирным. И дом взорвался вулканом и попёр ввысь ровными, сияющими на солнце стенами.

Голос воображения становился всё сильнее и кричал возвышенно, как вожатый на пионерской линейке:

«А какой он будет, твой дом?»

Словно Архимед, застигнутый гениальной идеей, Саша принялся чертать ручкой по бумаге. Его чело горело одержимостью. На кончиках волос трещали маленькие электрические заряды.

За спиной его, явившись сквозь века на свет вдохновения, возникли три незримые фигуры. Саша вряд ли мог бы их узнать. Пожалуй, он предположил бы в бородатом Дарвина и, конечно, ошибся бы.

Меж тем это были великие зодчие Ле Корбюзье, Растрелли и Да Винчи собственными персонами. Они с любопытством заглядывали через Сашино плечо. Ле Корбюзье восхищённо присвистнул. Да Винчи воскликнул:

– Какая муза его укусила?

А Растрелли, смахнув слезу, сказал:

– Вот она, молодая шпана!

Постепенно Сашин архитекторский запал стравил высоту, стал чиркать по земле и зарылся. Саша начал задумываться о том, какие дома стоят вокруг, из чего и как вообще сейчас строят.

Мысли стали звучать взрослее и, хоть и потеряли пионерский задор, обрели приятную увесистую серьёзность. Он даже сам догадался заглянуть в папку шефа и вычитал там, что дом будет не выше трёх этажей и разные другие нюансы.

Возникшие ограничения не пугали, а помогали отсечь лишнее. Дом строился, рос, осязался. Удручало одно. Бумага совершенно не хотела принимать Сашины прожекты. Гениальное творение буксовало между рукой и ручкой.