Часовые времени. Незримый бой

Понятно?

– Понятно, – недовольно пробурчал заметно сникший моряк, демонстративно разглядывая самый дальний угол комнаты.

– Что с оружием? – деловито осведомилась Ольга. – Используем динамит?

– Естественно. – Аристарх вкусно хрумкнул баранкой и шумно отхлебнул чаю.

– Согласен, – коротко бросил Тарасевич.

– У меня иное предложение. – Белугин невозмутимо закурил, выпустил пару идеально ровных колец и продолжил как ни в чем не бывало: – Если уж мы хотим, чтобы акция по-настоящему шокировала общество, то я думаю, что гораздо большего эффекта мы достигнем, если захватим объект вместе со всей семьей, а после устроим показательную казнь.

– Бля… – не сдержался Нельсон. Он сидел в полном изумлении, выпучив на Евгения глаза. Впрочем, остальные товарищи выглядели не лучше, служа прекрасной иллюстрацией к финальной сцене из «Ревизора».

– Кхм!.. Однако! – Аристарх также утратил свою всегдашнюю невозмутимость, но опомнился раньше всех.

«Хорошо держится старикан! – отдал ему должное Белугин. – Я бы на его месте, пожалуй, еще пару минут в прострации находился».

– Решение общее.

– Когда вы сможете предоставить предварительный план акции? – Глаза Ольги лихорадочно блестели, на щеках алел тревожный румянец, а губы увлажнились и слегка приоткрылись, открывая идеальные белоснежные зубки и маленький розовый язычок.

«Вот это да! Неужели ее так возбуждают убийства? Хотя если вспомнить, что она сама вызвалась тогда застрелить чиновника из судебного ведомства…» – Евгений не успел додумать эту мысль, потому что в прихожей раздался неясный шум, потом сильно грохнуло, и в комнату с вытаращенными глазами ворвался высокий бледный юноша в студенческой тужурке – хозяин квартиры.

– Полиция!!

В следующую секунду он полетел вперед, получив сильный удар в спину, а в дверях возник усатый здоровяк в жандармском мундире с массивным «смит-и-вессоном» в руке.

– Сидеть! – грубо заорал жандарм страшным голосом. – Не двигаться!

…А потом товарищ Аристарх спокойно поднял руку и дважды выстрелил в него из маленького блестящего «браунинга», появившегося в его руке словно по волшебству.

Глава 2

Алексей.