Пепел удачи

Люди скользили по конвою и арестанту равнодушными взглядами, в которых не отражались никакие эмоции. Звонарев ошеломленно дернулся было к клавише замка, собираясь выйти, но вдруг натолкнулся на чей-то пристальный взгляд и завертел головой, пытаясь определиться. С тротуара за ним пристально наблюдал невысокий черноволосый мужчина в штатском костюме, сидевшем на нем так, что сразу становилось понятно – военная форма для него куда как более привычна.

Встретившись глазами с Егором, он едва заметно отрицательно покачал головой, явно намекая, что капитан-лейтенанту лучше бы поумерить свой пыл и не совершать резких телодвижений.

Темные глаза незнакомца смотрели с такой пронзительной и строгой властностью, что Звонарев против своего желания остался на месте.

Страшная процессия тем временем миновала их грузовик, и водитель резко рванул с места, словно желая поскорее убраться подальше. Егор успел выглянуть, но незнакомец пропал, будто его и не было. Капитан-лейтенант откинулся на высокую спинку и крепко задумался.

Увиденное сильно потрясло молодого офицера. Нет, до него доходили смутные слухи, что на Лазарусе происходит нечто странное, но полной картины событий ни у кого на «Московите» не было. Военная цензура бдительно отслеживала все сообщения, идущие по системе дальней связи, а особист на самом крейсере тщательно просматривал весточки от родных и близких, которые изредка доставлял почтовый курьер.

Пожалуй, и сейчас Егор не был готов сказать, что видит нечто совсем уж необычное.

Да, Новограев изменился, но для города, находящегося на планете Империи, ведущей боевые действия, все эти изменения укладывались в рамки допустимого. Естественно, на улицах прибавилось людей в форме, появились блокпосты на въезде-выезде, вооруженные патрули придирчиво проверяли документы, на дорогах то и дело встречались колонны боевой техники, а в небе раз за разом проносились хищные тени атмосферных истребителей. Ну, так на то она и война. Но вот водить по улицам, словно напоказ или для устрашения, вчерашних героев этой самой войны… нет, это никак не укладывалось в сознании каплея. Виноват? Судите! А глумиться над офицерами нельзя!

Флот вообще всегда очень ревниво относился к попыткам других государственных структур замахнуться на его права и готов был отстаивать их всеми доступными средствами, предпочитая наказывать виновных космолетчиков через систему собственных военных судов и трибуналов.