Берлинская жара

Пока. Это чувствительный момент. Любая попытка войти в переговоры с немцами сразу напоминает о том, как Гитлер обвел вокруг пальца Чемберлена. В Англии такие трюки помнят долго. А после – Дюнкерк. С тех пор любые формы политики умиротворения вызывают у нашего премьера несварение желудка. Но линия Галифакса, который сейчас является послом в США, на примирение с немцами против Советов, благодаря его связям с американскими верхами, постепенно обретает силу. У янки нет никаких комплексов в отношении рейха и его лидеров.

Они поладят с самим чертом, если тот предложит им выгодный процент от сделки.

Три дня назад на стол Черчиллю легло донесение о встрече с Хартманом, который числился завербованным агентом СИС. Черчилль был, как всегда, афористичен. «Я готов договариваться с червями в банке, но до тех пор, пока мне не понадобится самый жирный, чтобы насадить его на крючок», – проворчал он, жуя сигару. «Позвольте заметить, сэр, – взял слово шеф «Интеллидженс сервис» генерал-майор Мензис, – что эти люди приходят к нам не с пустыми руками.

Канал Хартмана – надежный канал. Да и адмирал Канарис все эти годы был нам полезен». Черчилль отмахнулся: «Канарис больше ничего не может. Он слаб. Мы будем вести торг только с теми, кто предложит нам исключительный товар. Оплеуха Сталину стоит очень дорого». И Мензис, и Лэм считали, что Черчилль не заглядывает далеко вперед, наслаждаясь властью над обстоятельствами. Но победы русских становились все более опасными для будущего противостояния с большевиками – а в нем никто не сомневался, и Черчилль в первую очередь.

– Это хорошо, что Хартман не выступает от имени Канариса.

– Почему? – удивился Виклунд.

– Адмиралу больше не верят. Нужны новые люди. И даже не люди, а…

Виклунд молчал, дожидаясь, пока Лэм подберет правильные слова.

– Попросите Хартмана аккуратно, ненавязчиво поставить в зависимость нашу готовность принять условия оппозиции от весомых данных по урановым разработкам рейха. Ну, вот хотя бы этот доклад Гиммлера, о котором он упомянул.

Что в нем?.. Давайте начнем разговор с этого.

– Вы имеете в виду чудо-оружие?

– Бомбу. – Лэм остановился, тронул Виклунда за пуговицу на пиджаке и посмотрел в сторону. – Я имею в виду бомбу с урановой начинкой. Пусть постараются, раз у них есть такие возможности. Вот тогда мы скорее всего примем их условие.

Помолчав, он добавил:

– Да, и пусть не рассчитывают, что американцы будут снисходительнее. В этом вопросе янки и мы – одно целое. Так и передайте.