Эпоха магии

В ночь, когда был убит его брат, и когда вся жизнь вместе с окружающим миром перевернулись вверх тормашками, юноша хотел покончить с собой. Но лучше бы он тогда сразу бросился на меч наемника или под нож Крина. Так вышло бы гораздо быстрее и проще для всех. Не к этому ли стремятся люди, чтобы все было проще и легче? Зачем он убегал, зачем прятался, зачем мучился, переживая в памяти трагедию? До сих пор после нескольких лет юноша не мог найти ответы на эти вопросы.

Многое изменилось с того времени: появились проблески надежды, перемен, но прошлое никак не хотело выпускать из своих крепких объятий.

В ту ночь принцу повезло избежать повторной встречи с наемником или матерью. К тому же он смог незаметно пробраться в некоторые комнаты и взять оттуда ценности и деньги. Преодолевая страх, Эрн возвратился в специальную спальню. Юноша хотел убедиться, что Оливер мертв. Даже после увиденного разум отказывался верить в гибель единственного близкого человека.

Глаза вмиг наполнились слезами, мир вокруг начал расплываться, когда принц понял, что Оливера не вернуть.

Юноша сумел различить в полумраке сверкающий предмет. Под кроватью лежал окровавленный кинжал. Эрн поднял клинок и решил оставить его себе. Змеиные глаза-изумруды на рукояти зловеще блеснули, приветствуя нового хозяина.

Странное дело, Эрн не жаждал мести. Больше всего он хотел, чтобы время повернулось вспять, и Оливер снова оказался жив. Но это было невозможно. Юноше оставалось утешаться лишь мечтами. Он много раз слышал, как людей, потерявших своих близких, успокаивают фразами: «не изводи себя, ты уже ничего не изменишь», «будь сильным, жизнь-то продолжается».

Сейчас эти самые «утешения» только злили и раздражали. Что окружающие могут знать о его горе? Какая сила, какое продолжение жизни? Чушь, той жизни больше нет!

Эрн смог выбраться из замка и направился в город. Несколько дней принц укрывался среди развалин какого-то дома, толком ничего не ев и не пив. Он хотел съесть чего-нибудь горячего, но боялся отходить от своего убежища на большое расстояние.

В конце концов, юноша заглянул в ближайший трактир, однако предложенная глызьба оказалась настолько отвратительной, что аппетит мигом исчез. Эрн знал, что это дело привычки и степени голода. Пройдет еще неделя, а, быть может, всего пара дней, и он будет рад недоваренному жаркому из собачатины.

Юноша оказался в одном из беднейших районов Дунтлхилла. Тут-то он и понял, насколько чудотворны простые монеты.