Саппалит

Едва не принялся уплетать консервы из ржавых банок, протухших лет пятьдесят назад. В руках он держал бутылку, где осталось на донышке крепкого алкоголя. Позже он показал нам целый погреб с этим добром. По началу мы думали, что он пьяный. Потом, что больной. Сейчас решили, что он получил дозу джаната. Координация Рапу нарушена, он часто дергает головой, когда говорит. Слова произносит отрывисто и как будто с анкцентом.

А еще он говорит, что был в Саппалите. Ему никто не верит, и есть от чего задуматься. Но его рассказы не похожи на рассказы остальных.

Да, память часто изменяет ему, он может замолкнуть посреди фразы, но даже те крохи, что он дает, ценнее историй тысячи чужаков. Возможно, разум Рапу и помутился под действием джаната, но для меня вопрос не стоит: Рапу был в Саппалите и точка.

– Почему мы перестали искать Саппалит? – повторил я, поравнявшись с отцом.

Лицо его приняло привычный угрюмый вид. Я перешел грань. Не отрываясь, отец смотрел в небо, а когда я открыл рот, он схватил меня за грудки через лямки рюкзака, приподнял в воздух и злобно выкрикнул в лицо:

– Саппалита нет! Когда ты поймешь?!

До конца пути мы не разговаривали.

Шли рядом, но катастрофически далеко друг от друга. Я предпочитал не смотреть на отца, не замечать его. Он ничего не спрашивал. Как обычно.

Чем ближе мы подходили к племени, тем сильнее разгорался огонь в моей душе. Я решил во что бы то ни стало разузнать у Рапу все о Саппалите. Все, что он помнил. Все, что я позабыл.

Я найду Саппалит, никаких сомнений.

В то же время в голове родился новый вопрос.

Чего я хочу больше: найти Саппалит или выйти из-под влияния отца?

4

Несмотря на запреты отца, некоторые из племени побывали в городе. Видимо, чувствовали, что предстоит уходить. Появились новые предметы, новая одежда. Новые пустые бутылки. И вряд ли все они принадлежали Рапу. Я спросил, не нашел ли кто сахара, нормального, не почерневшего, не вонючего. Сказали, нет. Наверняка, просто забыли или нарочно не искали.

Нетерпения на лицах не скрывали. Многих вопросы просто разжигали изнутри. Но они молчали. Ждали вечера, когда отец сам объявит о решении. Ко мне подходили только мужчины, да и то без особого энтузиазма. Как будто их подослали старшие женщины, а сами они чувствовали себя не совсем хорошо, не в своей тарелке. Я же переводил все вопросы на отца: вечером узнаете, тем более, что солнце клонилось к горизонту. Наверное, я бы мог рассказать что-то Рапу.