Превосходство

Изучал её в юности.

– Лишние руки нам не помешают, Брукс, – поддержал его Энди. – Главное, чтобы человек был надёжный. А мне парень приглянулся, да и Бек говорит, что он не промах.

Гай презрительно фыркнул и быстро сказал:

– Нынче нам потаскухи людей подгоняют, а? Хотя, – он вдруг с выраженным равнодушием посмотрел на Нэша, – мне, в общем, всё равно. Раз эти джентльмены за тебя – пускай так оно и будет.

Договорив, он развернулся и направился в сторону корабля. Уже почти поднявшись на борт, стоя одной ногой на сходне, он крикнул мнущейся на песке четвёрке:

– Отчаливаем с рассветом, так что собирайте манатки, кролики, да пошевеливайтесь, – он сделал паузу, будто собираясь с мыслями, а затем добавил: – Да, и ещё одно, Нэш… твоя подружка, думаю, сумеет расплатиться за проезд, даже не будь у неё золотишка за душой, а вот насчёт тебя я не уверен…

– Будь спокоен, Брукс.

Дай мне время, и я возмещу убытки с лихвой, – громко и чётко огласил Нэш.

Гай не стал дожидаться ответа – всем своим видом показывая полное безразличие к Тому и его словам, он вскоре скрылся во тьме сразу за фальшбортом.

Ночь в заливе Каноэ выдалась тихой, и на всей его длинной береговой линии стоял штиль. Но на заре, уже под утро, с запада подул небольшой ветер. К рассвету он усилился, и около шести часов «Кокетка», подняв все свои белоснежные паруса, навсегда ушла с Ямайки, оставив за собой её бесконечные ядовито зелёные холмы.

Относительно дальнейшего курса единства в команде не было – часть экипажа уверяла, что необходимо двигаться на юго-восток, в сторону Малых Антильских островов, в то время как другая половина настаивала на том, чтобы взять курс норд и добраться до Багам.

Нэш, безусловно, с самого начала догадывался об истинном роде занятий людей с «Кокетки», едва только познакомившись с Энди, Ником и другими членами команды.

Несмотря на то, что на грот-мачте[4 - Грот-мачта – вторая мачта судна, считая от носа; на двух и трёхмачтовых судах наиболее высокая мачта.

] шлюпа развевался английский флаг Святого Георга, никакого отношения к торговому и уж тем более военному флоту этого королевства корабль и его экипаж не имели.

Как позже пояснил Нэшу капитан Баккер, знамя, по его мнению, в некотором роде символизировало происхождение большинства моряков, многие из которых были выходцами с Британских островов.