Старый Кёнигсберг. Часть 1

Подруга погибшего телохранителя оказалась очень симпатичной, стройной, светловолосой девушкой в форменной одежде горничной – скромное платье синего цвета, кружевной передник и наколка на голове.

– Присаживайтесь, – предложил Борисов, – И расскажите нам, что произошло?

– Мы встречались, – пояснила Алена, медленно опускаясь на стул, и глядя на капитана широко открытыми темными глазами, – В этот вечер Андрей пригласил меня, как это бывало много раз, поужинать вместе, ну и вы понимаете!

– Понимаю, – кивнул капитан.

– Стол уже был накрыт, он налил мне вина и себе коньяк, выпил его стоя одним глотком и упал, схватился за горло и упал. Я испугалась, закричала, выскочила из комнаты и позвала нашего охранника. Он пришел, пощупал пульс и сказал, что Андрей умер. Виктор Алексеевич был дома, он отдыхал в своей комнате. Илья доложил ему обстановку, он спустился, осмотрел все, и велел вызвать полицию.

Девушка не выглядела ни напуганной, ни расстроенной, хотя губы слегка вздрагивали и побледнели.

Она явно боялась сказать при хозяине лишнее и держалась неестественно спокойно, но застывшая на лице гримаса наивной простушки выдавала, что она знает гораздо больше, чем говорит. Её рассказ и поведение были явно отрепетированы и одобрены хозяином.

– А перед этим происшествием, в каком настроении был потерпевший, может быть, нервничал, расстраивался, сердился или злился? Вы ничего не заметили необычного?

– Нет, не заметила – все было как всегда, – ответила Алена.

– Откуда взялась эта бутылка?

– Я не знаю, когда я пришла, бутылка уже стояла на столе, – ответила девушка и привстала, – Я могу уже идти? Работы по дому много.

– Да конечно, только подпишите протокол своих показаний – кивнул Борисов, – Но если нам понадобится, мы пригласим вас еще раз на собеседование.

– Я готова помогать следствию, – ответила Алена как заученный урок, подписала протокол опроса и вышла, глядя прямо перед собой и сжав руки в в кулачки.

– А что вы можете добавить к сказанному ранее, – обратился Борисов к хозяину особняка.

Тот прошелся по комнате, что – то сосредоточенно обдумывая, сел на стул и неторопливо, явно сдерживая себя, заговорил:

– Андрей работал шофером и телохранителем моей дочери Лили три года и показал себя отличным профессионалом. Отвозил её в лицей, сопровождал везде, охранял и защищал. По существу дела мне добавить нечего.